В малом зале Театре Каружа представили очень оригинальную вариацию на драматический этюд А. П. Чехова. К нашему собственному удивлению, она нам понравилась.
|
Une version très originale de l'essai dramatique d'Anton Tchekhov était présentée dans la petite salle du Théâtre de Carouge. Et à notre propre surprise, elle nous a plu.
Официально текст Чехова «Лебединая песня» считается пьесой, ибо написал для театра. При этом автор определил его как драматический этюд в одном действии. Как бы то ни было, этому сценическому тексту место в Книге рекордов Гиннесса сразу в двух, так сказать, номинациях: сам Чехов в одном из писем выражал уверенность в том, что это «самая маленькая драма во всем мире», да и написана она была в рекордные сроки – за 1 час и 5 минут.
По оценке Антона Павловича, пьеса, занимающая в Собрании сочинений семь страниц, должна играться 15-20 минут. А потому мы удивились, узнав, что спектакль в Театре Каружа идет час пятнадцать, и решили узнать, чем же заполнили время.
В пьесе два действующих лица – Василий Васильич Светловидов, комик, старик, 68 лет, и Никита Иваныч, суфлер, старик. Начинается все, как надо: ночь, пустой театр, старый актер просыпается один в своей гримерке после обильного возлияния – отмечали его бенефис. Из русского на сцене только самовар. Отлично помня текст, мы в первые минуты спектакля начали отмечать «несовпадения», мысленно загибая пальцы: Светловидову тут 80, а не 68, это раз; у Чехова актер цитирует для начала «Бориса Годунова», а не «Британика» Расина, это два. У Чехова суфлер – старик, а тут молодой рыжий парень, это три. И так далее.
А потом произошло нечто из ряда вон выходящее: швейцарский актер Роже Жендли (Светловидов) забыл текст. В чем и признался зрителям, выйдя на авансцену. И дальше началась отсебятина.
Мы не будем рассказывать вам подробности, так как очень надеемся, что вы посмотрите спектакль – он того стоит! Скажем лишь, что это редчайший на нашей памяти случай, когда «отсебятина» оправдана, когда перенос действия в наши дни имеет смысл, он не только ничего не портит, но может быть даже наоборот, да простит нас Антон Павлович!
Идея оригинальной постановки принадлежит Роберу Бувье, взявшему за литературную основу перевод Андре Марковича и Франсуазы Морван, уже при жизни авторов считающийся классическим. Швейцарский актер и режиссер, открывший в 2000 году в Невшателе le Théâtre du Passage, работал во многих странах мира, включая и Россию. И к русскому репертуару он уже обращался – еще на заре существования Нашей Газеты мы рассказывали вам о его постановке «Дачников» Горького.
Переходы от чеховского текста к «отступлениям» Робера Бувье проходят так плавно, так тонко, что только очень хорошо знающий текст зритель вообще поймет, кто есть кто. Мы готовы поспорить, например, что ни один человек в зале не «расслышал» в произносимом со сцены тексте отсылку к еще одному чеховскому этюду – «О вреде табака», но это не имеет значения!
У Роже Жендли на сцене достойный партнер, хоть и не ровесник, как предписывает Чехов – Адриен Жига, прошедший школу Омара Порра и Арианы Мнушкиной. По ходу действия он преподносит зрителям прекрасную и тщательно отработанную импровизацию на тему театрального этюда, актерской профессии со всеми ее сложностями. Все это профессионально, легко, с огромным юмором.
Финал спектакля жизнеутверждающий – старости нет, а жизнь прекрасна.
Не знаем, соберетесь ли вы в театр, прочитав эту рецензию, а мы так собираемся посмотреть спектакль вторично. Если что, билеты легче всего заказать здесь. До 11 февраля.
Так, на наш взгляд, было бы правильно перевести на русский язык название американской киноленты, запрещенной в России и снятой с проката в Беларуси, Киргизии, Украине, но вышедшей в Швейцарии.