«А все так хорошо начиналось…» | « Et pourtant tout avait si bien commencé… »

От модернистского подъема 1930-х годов, проявившегося, в частности, в строительстве здания Clarté Ле Корбюзье и Пьера Жаннере в Женеве, до резкого перерыва, вызванного Второй мировой войной, архитектура пережила радикальные перемены, переходя от поиска утопии к столкновению с реальностью. MAH предлагает исследовать эти архитектурные концепции и их совершенно разные восприятия в Цюрихе и Женеве – да, различия между языковыми регионами проявляются не только в политике!

Выставка «А все так хорошо начиналось…», по задумке ее устроителей, – это прежде всего физический и пространственный опыт, путешествие по различным историческим примерам, раскрывающее «шок культур», если не цивилизаций, в пределах одной страны – между Цюрихом, приверженным современности, и Женевой, более консервативной и привязанной к своей латинской идентичности. Она подчеркивает двойственность этой эпохи, колеблющейся между идеалом и реальностью, противопоставляя различные подходы к искусству жить. В качестве рассказчика этой истории MAH пригласил Артура Рюэгга, почетного профессора Цюрихского политеха ETH Zurich, работавшего в сотрудничестве с Отделом по сохранению архитектурного наследия города.

Гуляя по залам экспозиции, посетитель переносится в Женеву 1930-х годов в зале, где частично воссоздана вилла Руф, построенная в 1928-29 годах в Гран-Саконне. Этот проект, разработанный на основе предложения Ле Корбюзье и реализованный архитектором Франсисом Кетенгом, должен был придать Женеве модернистский облик. Он вводит понятие неоднозначности желаемого, но нерешительного модернизма, где технические инновации, такие как Solomite, изоляционный материал на основе соломы и штукатурки, производимый компанией Wanner, сталкиваются с осторожностью элит.  

Многочисленных сотрудников международных организаций среди наших читателей наверняка заинтересует все, что связано с участие Ле Корбюзье в конкурса на строительство штаб-квартиры Лиги Наций, предшественницы ООН, в 1927 году.

Не покидая женевского музея, можно побывать и в Цюрихе: в одном из залов в масштабе 1:1 частично воссоздана вилла Villiger Макса Билла вместе с ее внутренним убранством – типичной для той эпохи мебелью Wohnbedarf, образцами прикладного искусства и графики. Сценография точно воспроизводит оригинальные планы в контексте, где Neues Bauen не ограничивается архитектурным языком, а предлагает настоящую реформу жизни. Благодаря этой реконструкции в зале прослеживается переходный момент, когда Цюрих переходит от декоративного искусства к промышленному дизайну.

Отдельный зал посвящен зданию Clarté в Женеве, о котором Наша Газета уже подробно рассказывала. Но одно дело прочитать и другое – своими глазами увидеть планы, макеты, элементы конструкции, вплоть до сантехники знаменитого здания! Исследования полихромии Ле Корбюзье представлены в следующем зале, где цвета палитры Salubra, кстати, интегрированные в всю сценографию, образуют сквозную хроматическую нить. Затем посетитель направляется к двум типовым квартирам, которые напоминают выставку интерьерного дизайна, организованную в 1932 году в здании Clarté. Задуманная как витрина современного вкуса, эта презентация объединила, с одной стороны, цюрихский дом Wohnbedarf с его трубчатой и рациональной мебелью, а с другой — женевских дизайнеров интерьеров с более декоративными, вдохновленными Францией, решениями.

Затем наступает разрыв. Война. Техника, до этого обещавшая освобождение, становится инструментом уничтожения. В зале почетных гостей представлен подпольное портфолио, созданное в 1944 году двумя хорватскими художниками. В зале доспехов выставлены две зенитные пушки — одна изготовлена в Берне, другая в Женеве — в сопровождении картин, отражающих исторический контекст. Выставка завершается реконструкцией: частично представлен разборный дом Жана Пруве, спроектированный в 1944 году для беженцев из Лотарингии…

Увы, почти век спустя отражаемые на выставке темы не утратили актуальности.