Фанданго в русском исполнении |Fandango à la russe

Автор: , Лозанна, .

Петроград в 1921 году. Кадр хроники (DR)

Удивительно, как некоторые российские авторы, отошедшие на родине на второй план, а то и никогда не выходившие там на первый, продолжают вызывать интерес зарубежных издателей и читателей. Совсем недавно мы писали о возникшем из детства благодаря новую изданию на французском языке Михаиле Пришвине, сегодня поговорим об Александре Степановиче Гриневском (1880-1932), вошедшем в историю литературы под именем Александр Грин. Собственно, разговор о нем мы начали еще десять лет назад, когда представили вам переводчицу Марион Граф, с легкой руки издателя Владимира Димитриевича донесшую до франкоязычной аудитории «Бегущую по волнам», одно из последних крупных произведений писателя, написанное в 1928 году и прославившееся, в частности, благодаря советско-болгарскому фильму 1967 года с великолепной Маргаритой Тереховой.

Рассказ «Фанданго» написан годом ранее и по размеру тянет на повесть, в какой-то степени это – эскиз к «Бегущей по волнам» в том смысле, что он тоже из категории фэнтези. Действие начинается в зимнем Петрограде 1921 года. В голодном заснеженном городе, где в том же году были расстреляны участники Кронштадского восстания и поэт Николай Гумилев, главный герой Александр Каур, «захваченный цыганским ритмом», встречается с загадочной иностранной делегацией, и эта встреча кардинально меняет его жизнь. «Войдя» в мистическую картину, он переносится в солнечный город на море - Зурбаган, в иную, счастливую реальность, придуманную долго прожившим в Крыму Грином и присутствующую во многих его произведениях.

«Зимой, когда от холода тускнеет лицо и, засунув руки в рукава, дико бегает по комнате человек, взглядывая на холодную печь, – хорошо думать о лете, потому что летом тепло. Мне представилось зажигательное стекло и солнце над головой. Допустим, это – июль. Острая ослепительная точка, пойманная блистающей чечевицей, дымится на конце подставленной папиросы. Жара. Надо расстегнуть воротник, вытереть мокрую шею, лоб, выпить стакан воды. Однако далеко до весны, и тропический узор замороженного окна бессмысленно расстилает прозрачный пальмовый лист.

Закоченев, дрожа, я не мог решиться выйти, хотя это было совершенно необходимо. Я не люблю снег, мороз, лед – эскимосские радости чужды моему сердцу. Главнее же всего этого – мои одежда и обувь были совсем плохи. Старое летнее пальто, старая шляпа, сапоги с проношенными подошвами – лишь этим мог я противостоять декабрю и двадцати семи градуса».

С этих слов начинается рассказ, который мы рекомендуем читать, уютно завернувшись в плед в хорошо обогреваемой квартире. Описание Грина, от которого так и веет холодом, никак не вяжется с ритмом фанданго зажигательного испанского танца, исполняемого в паре в сопровождении гитары и кастаньет. «Я боюсь голод, ненавижу его. И боюсь. Он искажение человека. Это трагическое, но и пошлейшее чувство не щадит самых нежных корней души», признается главный герой, и лишь тот, кто пережил холод и голод, способен до конца понять глубинный смысл это кажущегося таким простым признания. Александр Грин писал о голоде и холоде не понаслышке. Перебывав маркировщиком, грузчиком, пекарем, переписчиком, банщиком, актером, Александр Грин часто терял работу, нищенствовал, и тогда его настигали голод и гибельное сознание своего одиночества в мире. Только испытваший голод человек способен написать: «Пустые кастрюли...пахнут голодом.»

Устав от неустроенности, Грин добровольно пошел в солдаты, его последние годы прошли в крайней бедности, хлопоты Осипа Мандельштама ни к чему не привели: после его смерти в 1932 году Грина перестали издавать. В середине 1940-х годов, в годы борьбы с космополитизмом, была пущена в ход легенда об «иностранце русской литературы», созданная еще в дореволюционный период. О Грине забыли до 1960-х, когда, на волне оттепели, он вернулся к массовому читателю, а его творчество получило кардинальную переоценку: новое поколение критиков рассудило, что его непобедимая романтика – не уход от жизни, а приход к ней – с душой нараспашку, с верой в добро и красоту людей…

Герой «Фанданго» Александр Каур, явно смахивающий на автора, постоянно насвистывает зажигательную мелодию, согреваясь ею и наполняя его сводимый голодом желудок далекая солнечная Испания так же недостижима, как волшебный Зурбаган. Герой «отгораживается мотивом» от повседневности: «Я превозмог мороз тем, что закурил и, держа горящую спичку в ладонях, согрел пальцы, насвистывая мотив испанского танца.» Повседневна эта безрадостна достаточно прочитать описание прохожих на улице Петербурга столетней давности, чтобы проникнуться ею: «Прохожие были одеты в пальто, переделанные из солдатских шинелей, полушубки, лосиные куртки, серые шинели, френчи и черные кожаные бушлаты. Если встречалось пальто штатское, то непременно старое, узкое пальто. Миловидная барышня в платке лапала по снегу огромными валенками, клубя ртом синий и белый пар. <> Мрачные молодые мужчины шагали с нездешним видом». Причем принципиально не по тротуару.

Нищета страны победившего социализма, на черно-сером фоне которой выделяются цыгане с их пестрыми, хоть и рваными шалями, длинными юбками и золотыми браслетами. Цыгане, «внушающие неопределенную зависть и образ диких цветов», неудержимо тянут к себе Александра Каура, а с ним, вероятно, и самого Грина. «Что им история? эпохи? сполохи? переполохи? Я видел тех самых бродяг с магическими глазами, каких увидит этот же город в 2021 году, когда наш потомок, одетый в каучук и искусственный шелк, выйдет из кабины воздушного электромотора на площадку алюминиевой воздушной улицы», - пишет он, как и многие фантасты, заглядывая на сто лет вперед. Сто лет прошло. Вряд ли сегодня можно встретить на улицах Санкт-Петербурга цыганский табор. Впрочем, и воздушных электромоторов не видно, хотя электромобили уже присутствуют.

Отсылок к произведениям русской литературы как современного Грину периода, так и более раннего и позднего, в рассказе столько, что всех и не перечислишь. Как не увидеть в шагающем под снегом в старом летнем пальто Кауре гоголевского Акакия Акакиевича в его шинели? Не вспомнить нарисованный очаг в коморке папы Карло аналога картины, ведущей в иную жизнь? Как не узнать булгаковского Воланда в испанском профессоре с его свитой и подарками и не восстановить в памяти образы страны будущего, созданные Евгением Замятиным в романе «Мы»? Не сомневаемся, что, перечитывая рассказ, каждый найдет еще много других, близких ему параллелей.

Александр Кауров выходит из дома, чтобы отнести на почту заказное письмо, и отсутствует два года, после чего возвращается к жене Лизе уже в 1923-й год и купленному на рынке лещу. Гражданская война кончилась, жизнь как-то налаживаетсяНе хотелось бы многим из нас сегодня так «отлучиться»?

От редакции: Ностальгирующим по «добрым старым временам» предлагаем послушать песню «Зурбаган» в исполнении Владимира Преснякова...

 

PDF версия статьи

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий

Ассоциация

Association

Association Association

Association Association

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Бюргеншток: до, во время и после

Репортаж Нашей Газеты с Саммита по вопросам мира в Украине, прошедшего в прошлые выходные в швейцарском кантоне Нидвальден.

Всего просмотров: 648

Легенды сцены и восходящие звезды в Монтре

От Элиса Купера и Ленни Кравица до Лорин и Тайлы – 58-й выпуск Джазового фестиваля в Монтре обещает стать историческим.

Всего просмотров: 630

Почта Швейцарии – за единый банкомат

На фоне постоянного сокращения количества банкоматов в стране «желтый гигант» выступит с неожиданной и оригинальной инициативой.

Всего просмотров: 507
СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

9 мая - общий День Победы

Фото - Наша газета По следам участников движения Сопротивления в Швейцарии и Франции.

Всего просмотров: 9,065

Весенние прогулки по Швейцарии

Луга, горы, равнины и живописные деревни – идеальный вариант, чтобы отрешиться от повседневных забот и набраться новых сил.

Всего просмотров: 4,541

Позапрошлая война на улице Москвы

Лозаннское издательство Éditions Noir sur Blanc заготовило всем любителям хорошей литературы очередной подарок, который с сегодняшнего дня можно найти в книжных магазинах Швейцарии и Франции.

Всего просмотров: 2,650
© 2024 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top