Набоков в Швейцарии | Nabokov en Suisse

«Цветная спираль в стеклянном шарике – вот модель моей жизни. Дуга тезиса – это  мой  двадцатилетний русский период (1899-1919). Антитезисом служит пора эмиграции (1919-1940), проведенная в Западной Европе. Те четырнадцать лет (1940-1954), которые я  провел уже на новой моей родине, намечают как будто начавшийся синтез.»

                                                                           В.В.Набоков, «Другие берега»

Когда Набоков писал об этом в своей автобиографии, он не мог знать, что и последующая его жизнь примет симметричную форму. После девятнадцати лет в Америке (1940-1959) он почти столько же, до самой смерти в 1977 году, прожил в Швейцарии.

Владимир Набоков родился в 1899 году в центре Петербурга, на Большой Морской улице, между Невой и Мойкой, в семейном особняке, в доме, который навсегда останется для него единственным. Когда  в ноябре 1917 года пятеро детей Набоковых (Владимир был старшим) уезжали с матерью из Петербурга в Крым, они взяли с собой только самое необходимое, рассчитывая вернуться через несколько месяцев, но эта поездка оказалась началом долгого изгнания. За все годы вынужденной эмиграции у Набокова никогда не было ни своего дома, ни квартиры. За долгие годы жизни в Германии и Франции он, как и большинство русских беженцев, снимал скромные квартиры или комнаты; в Америке Набоков и его семья  жили в домах, которые они арендовали у коллег по университету. Эти квартиры и дома менялись каждые несколько лет, иногда и каждый год. Самым постоянным жилищем оказался отель «Montreux Palace». Отель на берегу Женевского озера, построенный в стиле Art Nouveau, который был так хорошо знаком Набокову по его родному дому в Петербурге, стал для Набокова домом на целых шестнадцать лет.

Набоков уехал из Америки посл

е неожиданного успеха «Лолиты», когда многочисленные издания романа и продажа прав на киноверсию позволили ему взять долгий отпуск за свой счет в университете и жить только писательским трудом. Он не планировал навсегда поселиться в Европе, но сложилось так, что в Америку и в университет он уже не вернулся.  К тому времени все самые близкие ему люди были в Европе: сын Дмитрий после окончания Гарвардского университета решил стать оперным певцом и уехал учиться в Италию, сестра Елена жила в Женеве, брат Кирилл – в Бельгии.  Правда, вся семья Набоковых уже никогда не соберется вместе: сестра Ольга жила в Праге, за железным занавесом, а брат Сергей в 1945 году погиб в немецком концлагере.

Швейцария не была первоначальной целью путешествия – Набоковы долго путешествовали по Франции и Италии, одно время собирались поселиться на французской Ривьере, которую Набоков хорошо знал и по детским впечатлениям, и по сезонной работе на винограднике в 1923 году, и по своей жизни здесь с семьей в 1937-38 годах. Тогда он с женой и сыном провели несколько месяцев на юге Франции, так как на жизнь в Париже денег у них не хватало. Однако знакомые им места было не узнать – это были теперь модные, шумные курорты, в море было тесно от купальщиков, и  Набоковы решили поискать более спокойное, уединенное пристанище. 

После многих переездов и поисков в  1961 году Владимир и Вера Набоковы окончательно поселились в отеле «Монтре Палас». Об удобстве жизни именно в этом отеле Набоков  услышал от знаменитого актера Питера Устинова, которого он знал не столько как актера, столько как родственника художника Александра Бенуа, частого гостя в петербургском  доме Набоковых. В те годы руководство отеля предлагало удобные и выгодные условия долговременного проживания для известных людей, но Набоковы оказались самыми долговременными постояльцами.

До этого Набоков никогда в Швейцарии не жил. В детстве, во время ежегодных осенних поездок с родителями на европейские курорты, он в Швейцарии был только проездом. Потом приезжал один раз, во время учебы в Кэмбридже, еще в далекой беззаботной жизни, когда жив был отец, когда еще казалось, что скоро все вернутся в Россию. Тогда в каникулы они с университетским другом ездили в Швейцарию кататься на лыжах, и тогда же Набоков в последний раз увиделся  в Женеве со своей старой швейцарской гувернанткой Сесиль Миотон, одной из «значимых взрослых» его детства, которой он позже посвятит целую главу в своей автобиографической книге «Другие берега».

Несмотря на то, что к 1961 году Сесиль Миотон давно уже не было в живых, все же в Швейцарии  шестидесятилетний Набоков отчасти вернулся в свое «совершенное прошлое», в свое детство. Отель своей архитектурой (теперь его интерьер сильно изменился) напоминал те многочисленные отели, в которых он жил с родителями, вокруг была привычная с детства многоязычная речь, и совсем недалеко, в Женеве, была сестра, которая часто приезжала на выходные и которой всегда можно было позвонить.  <...>

От редакции: Продолжение рассказа директора Музея В.В. Набокова в Санкт-Петербурге Татьяна Пономаревой вы сможете прочитать в свежем выпуске нашего журнала, который можно будет купить у нас в редакции или в киоске Naville уже через 10 дней. А заказать можно прямо сейчас!