В Фонде Бейелера открылась масштабная выставка известной американской художницы латвийского происхождения Вии Целминьш. Рассказываем о том, чем интересно ее творчество, и почему монографическую экспозицию ее произведений последних 60 лет музейные кураторы решили сопроводить еще одной – большой и эффектной – выставкой.
|
La Fondation Beyeler a inauguré une grande exposition consacrée à l’artiste américaine d'origine lettone Vija Celmins. Voici une revue des aspects intéressants de son œuvre et les raisons pour lesquelles les conservateurs du musée ont décidé d'accompagner l'exposition monographique consacrée à ses œuvres des 60 dernières années d'une autre exposition, grande et spectaculaire.
Вия Целминьш родилась в Риге в 1938 году. Когда девочке было шесть лет, ее семья бежала в Восточную Германию, откуда позже переселилась в Нью-Йорк, а потом и в Индианаполис, где Вия семь лет проучилась в Школе искусств, но профессиональной художницей решила стать лишь после знакомства с нью-йоркскими абстракционистами. Увлечение абстрактным экспрессионизмом и даже поп-артом прослеживается в ее ранних работах, изображающих «предметы как они есть» – настольную лампу, газовую горелку, включенный рефлектор, раскрытый конверт… Параллельно она рисовала горящие дома и самолеты, «отдавая дань» теме насилия и военных конфликтов. А позже окончательно перешла к фотореализму, сосредоточившись на изображении воды, неба и камней.
В разные периоды своего творчества Виа Целминьш и работала по-разному: то с холстом и маслом, то с бумагой и карандашом. Но, как она говорит с симпатичной самоиронией, «всегда стремилась к невозможному» – к тому, что нельзя изобразить в двухмерной плоскости. Наверное, отсюда ее любовь к скульптурам, которые художница называет «трехмерными картинами». А еще, помимо досконально точного, буквального воспроизведения важных для нее объектов по фотографиям и по памяти, она с завидным постоянством рисовала ночное звездное небо и покрытую волнами морскую гладь, паутину и пустыню. Кроме того, Вия Целминьш нередко копировала в разных техниках реальные камни, книги, посуду...
На предшествовавшей открытию выставки пресс-конференции художница призналась, что, по ее мнению, «смотреть – значит видеть», поэтому она буквально заставляет зрителей внимательно вглядываться в свои работы, что может занимать часы и даже целые дни. Ее выставка вообще настраивает на медленный, медитативный лад. Невозможно, да и не нужно торопиться, во всех подробностях рассматривая бесконечные «Ночные небеса» (сначала кажется, что все они похожи как две капли воды, но потом оказывается, что и расположение звезд на них разное, и свет падает иначе, и вообще все другое) или «Фиксируя изображение по памяти» (этот цикл из 11 полноценных работ 1977-1982 годов представлен на выставке фрагментарно).
Когда же задаешься вопросом, почему в художественной Вселенной Целминьш все такое ровное, правильное и черно-белое, получаешь ответ, что в ее богатом наследии есть и «цветные» работы, просто у кураторов они пользуются куда меньшим спросом. И, по всей видимости, менее популярны у арт-дилеров, которые в 2013 году продали ее «Ночное небо #14» за 2.4 миллиона долларов, так что Целминьш сразу вошла в топ-десять самых высокооплачиваемых ныне здравствующих художниц мира.
Впрочем, после просмотра выставки Целминьш у зрителей все же возникает потребность в чем-то живом и красочном. Так что, покружив по первой в Швейцарии большой персональной экспозиции художницы, многие перекочевывают в соседние залы. Там параллельно с работами Целминьш Фонд Бейелера выставляет концептуально и визуально яркие сокровища из своего собрания: эксцентрично-графичное панно Жан-Мишеля Баския; текучие фотоколлажи Вольфганга Тильманса; поп-арт-фантасмагории Энди Уорхола; похожие на современный стрит-арт композиции Марка Брэдфорда; абстрактные шедевры Марка Ротко; радикальные феминистские высказывания Марлен Дюма; минималистичные цифровые картины Уэйда Гайтона; слегка эклектичные, но чрезвычайно симпатичные автору этих строк полотна Вильгельма Сасналя.
На этой выставке, просто и ясно названной «Презентация коллекции», особо выделяются два зала, посвященные творчеству знаменитых художников прошлого и настоящего, века двадцатого и двадцать первого. Речь о Пабло Пикассо и нашем современнике Герхарде Рихтере. Причем если первый «берет количеством» (на выставке его картины и скульптуры занимают самое большое и эффектное помещение, напоминая, что Фонд Бейелера обладает одной крупнейших в мире коллекций работ испанского художника), то второй – интенсивностью: интенсивностью звука, цвета и наполнения впечатляющей звуковой инсталляции под названием «Moving Picture (946-3), Kyoto Version», создавшейся Герхардом Рихтером на протяжении 2019-2024 годов.
Таким образом, рифмуя произведения Целминьш с работами других художников, кураторы строят диалог между созерцанием и действием, отстраненностью и погружением, педантичностью и экспрессией, однотонностью и цветом, внутренним и внешним. Расположенные в двух непересекающихся отсеках музея, две эти выставки предлагают зрителям всю палитру взглядов на современное искусство, провоцируя не на признание или отрицание, но на размышление и самонаблюдение. Поэтому смотреть их, безусловно, следует друг за другом, начав с той, которая кажется вам наиболее интересной в данный момент.
Выставка «Презентация коллекции» открыта до 31 августа 2025 года, а выставка Вии Целминьш – до 21 сентября. Всю практическую информацию вы найдете здесь.
Если кто-то засомневается, что швейцарки способны к полной самоотдаче в любви – отправьте этого человека читать книгу Коринны Хофманн «Белая масаи». Автобиографическая история ее брака с африканским воином из племени масаи была переведена на 30 языков и разошлась тиражом 4 миллиона экземпляров.