четверг, 19 сентября 2019 года   

Бриллиантщик Еремей Петрович или необыкновенные приключения женевца в России.|

Автор: Архивы, Архивы, 1. 04. 2008.

Удивительной красоты и тонкой работы ордена, подвески, табакерки, кольца, наконец, короны, выполненные знаменитым женевским ювелиром, украшают сегодня лучшие коллекции мира. Жереми Позье (1716-1779) - или Еремей Петрович, как уважительно именовали его в России, был одним из главных ювелиров российского императорского двора, где проработал более тридцати лет - срок немалый, учитывая, что за этот период сменилось целых пять правителей! Природная мудрость, дипломатия, порядочность и, конечно, талант - вот залог успеха при любых монархах. Да и период "женского" правления в России, в который попал Позье, немало способствовал взлету его карьеры - все женщины любят украшения, а уж если это царские особы... Однако едва ли не больше, чем за ювелирные работы, мы благодарны сегодня Позье за его "Записки придворного бриллиантщика" - воспоминания о пребывании в России - чуть ли не единственное бесценное свидетельство служившего при российском дворе ремесленника-иностранца.

Впрочем, путь к успеху, как водится, отнюдь не был усыпан розами. Но обо всем по порядку.

Вместе с отцом и старшим братом, Жереми отправляется на поиски счастья в далекую Россию. Пешком - прямиком до Амстердама! Да-да, ведь Фортуна благоволит выносливым. Неудивительно, что путешествие заняло без малого три года. Изможденные, без копейки денег, в 1729 году путники наконец добрались до Москвы, где служил придворным хирургом дядя будущего ювелира.

Совсем скоро тринадцатилетний Жереми остался один - старшего брата оставили на обучение в Гамбурге; отец же, не выдержав тяжелого путешествия, заболел и вскоре умер.

Юноша поступает в ученики к придворному ювелиру - парижанину Граверо, имеющему мастерскую в Петербурге.

Надежды отца оправдались - Позье с увлечением занялся новым ремеслом и быстро стал делать успехи. Вскоре его заметила сама царица Анна Иоанновна. Через несколько лет обучения Позье открыл собственную мастерскую, и заказы потекли рекой.

Между тем, колесо истории продолжает крутиться, словно в калейдоскопе сменяются главные персонажи: Анна Иоанновна - Бирон - Анна Леопольдовна... Все благоволят Позье. На очереди - "дщерь Петрова" - Елизавета. Надо сказать, что с ее приходом дела ювелира стали идти как нельзя лучше - любящая роскошь и развлечения Елизавета Петровна постоянно заказывала ему то табакерку, то кольцо, то ожерелье. Впрочем, похоже, Елизавета ценила Позье и как человека - нередко, в отличие от многих знатных вельмож, пытающихся пробиться на прием к императрице, он один удостаивался ее личной аудиенции. Неудивительно, что многие искали дружбы с Позье, пытаясь через него действовать на Елизавету.

Несмотря на то, что дела шли в гору, тоска по родной Женеве не покидала Позье - он решился съездить на родину, которую не видел 20 лет, о чем прямо заявил канцлеру Воронцову, тогдашнему "министру" иностранных дел: "у меня сделалась тоска по родине и если он <Воронцов> не хочет, чтобы я в самом непродолжительном времени умер, то пусть как можно скорее выдаст паспорт мне и моему другу, страдающему той же болезнью". Потерять талантливого "бриллиантщика", разумеется, не входило в планы императорского двора, и потому Позье было разрешено ненадолго отлучиться в Женеву.

На прощание императрица попросила (или приказала?) привезти ей "что-нибудь хорошенькое".

Со смертью Елизаветы ситуация Позье несколько меняется. Он по-прежнему остается популярным при дворе, а Петр III даже назначает его своим личным ювелиром с чином бригадира и правом входить в любое время в его покои. Петр, как и его окружение, - постоянные заказчики Позье, но только... в кредит. Позье чувствует себя неловко: с одной стороны, по понятным соображениям не может отказать императору и его свите, с другой - ему надо как-то расплачиваться с поставщиками материалов. Такая ситуация даже побудила ювелира сказать "дерзость" императору: "я буду крайне рад посмотреть какого цвета у вас деньги, которых я 15 лет уже от вас не видал".

С приходом к власти Екатерины II положение, казалось бы, должно было измениться. Екатерина, любительница украшений и полноправная хозяйка казны, засыпает Позье новыми заказами. Именно для ее коронации ювелир создает  уникальное произведение - корону весом в пять фунтов, в которой было уложено 4936 бриллиантов, 75 жемчужин и знаменитый рубин из короны Елизаветы Петровны. Оценили корону в два миллиона рублей - сумму по тем временам баснословную. Однако новая императрица не спешила расплачиваться: "эта сумма довольно крупна", - сказала она, взглянув на счет Позье, "а денег очень мало в кабинете, и мне тоже нужны деньги на расходы по коронации".

Но если с императрицей Позье еще мог договориться, то с некоторыми придворными дела обстояли из рук вон плохо: "от вельмож я не мог добиться ни копейки, и насилу отбивался от их просьб давать им в кредит, сколько им было угодно".

Позье все чаще стал задумываться об отъезде на родину. Накопив приличное состояние, он хотел отойти от треволнений и суеты придворной жизни и немного пожить "для себя".

Понимая, что просто так его не отпустят, Позье пошел на хитрость: объявил, что едет в отпуск вместе с семьей, а для отвода глаз не забрал с собой почти никаких вещей.

В Женеве Позье приобрел недвижимость. Его семья проживала сначала на улице Вердэн, что в старом городе, а затем на площади Фюстери. Умер Жереми Позье в возрасте 63 лет, завещав часть своего состояния на благотворительные нужды.

Помимо чисто биографических и исторических фактов, интересны наблюдения Позье-иностранца о русской жизни той эпохи. Крайне сдержанный в личных оценках, он все же оставляет нам несколько комментариев. Что же впечатлило ювелира?

Конечно, русские женщины: "наряды дам очень богаты, равно как и золотые вещи их, брильянтов придворные дамы надевают изумительное множество. На дамах сравнительно низшего звания бывает брильянтов на 10-12 000 руб. Они даже в частной жизни никогда не выезжают, не увешанные драгоценными уборами, и я не думаю, чтобы из всех европейских государынь была хоть одна, имевшая более драгоценных уборов, чем русская императрица.<...> Все женщины в России, какого бы они не были звания, начиная императрицей и кончая крестьянкой, румянятся, полагая, что к лицу иметь красные щеки".

А вот каким увидел Позье Кремль: "Кремль есть старый замок в центре этого большого города, где жили древние цари, и где происходят все коронации. Замок этот скорее похож на какую-нибудь бастилию, чем на императорский дворец".

Особое место занимают... комары: "нас заедали комары, которых там множество, потому что там местность болотистая".

Жизнь Позье при дворе, конечно, не была простой: перемены во власти, придворные интриги, мошенничество некоторых клиентов... Однако, несмотря на все это, в конце жизни ювелир сел за мемуары. Что побудило его к этому? Вряд ли почести или вознаграждение - как мы знаем, Позье был весьма обеспеченным человеком.

А может быть... ностальгия? По тем самым непростым, порой опасным, но ярким и незабываемым историческим моментам, свидетелем которых он стал.

 

Выдержки из "Записок" были опубликованы в журнале "Русская старина" (1870, 1 том). С рукописью "Записок" (на французском языке) и русским переводом можно ознакомиться в Публичной университетской библиотеке (BPU).

На главной фотографии: знаменитая корона работы Позье.

 

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1.01
CHF-EUR 0.91
CHF-RUB 64.75

Ассоциация

Association

СОБЫТИЯ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ
ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Пестициды в питьевой воде

Анализ 300 проб питьевой воды показал, что примерно 170 000 человек в Швейцарии пьют воду, загрязненную пестицидами.

Конфедерация лишила гражданства исламиста

Государственный секретариат по миграции впервые лишил швейцарского гражданства человека, осужденного на несколько лет лишения свободы за пропаганду исламистской террористической организации и вербовку боевиков.

Эдвард Сноуден: «В мире тотальной слежки каждый человек может считаться преступником»

Накануне выхода своих мемуаров Эдвард Сноуден встретился в Москве с иностранными журналистами и рассказал, среди прочего, о деятельности американских агентов в Женеве.
СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Шизофрения излечима!

Фото - Наша газета Каждый сотый швейцарец в той или иной степени страдает от шизофрении, болезни, название которой ввел швейцарский психиатр. В кантонах Романдской Швейцарии с 16 по 24 марта в 10-й раз проходят Дни шизофрении под девизом «Шизофрения излечима!»

Жанна Кальман действительно прожила 122 года

Швейцарские и французские ученые доказали, что Жанна Кальман была сверхдолгожительницей, и опровергли версию о мошенничестве, выдвинутую в прошлом году российскими исследователями.

К 2030 году в Швейцарии не будет хватать 500 000 работников

К такому выводу пришли авторы исследования UBS. Нехватка рабочей силы будет наблюдаться не во всех секторах экономики, она коснется, прежде всего, сферы здравоохранения и ухода за больными.
© 2019 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top