По ком плачет «люцернский лев»? | Pour qui le «Lion de Lucerne» pleure-t-il?
«Самый грустный и трогательный кусок скалы в мире» – так, будучи проездом в Люцерне, отозвался об «Умирающем льве» американский писатель Марк Твен. Без этой расхожей и уже ставшей клише фразы не обходится ни один текст о монументе, который рассматривается как одно из самых ярких свидетельств преданности и отваги швейцарских воинов. История «Льва», впрочем, полна противоречий.
Наша Газета уже рассказывала, что «Умирающий лев» посвящен сотням швейцарских наемников, погибших во время штурма дворца Тюильри в Париже 10 августа 1792 года. Они отдали свою жизнь, пытаясь защитить от революционеров французского короля. Штурм Тюильри считается одним из самых важных событий Французской революции, напоминает SRF, подчеркивая, что в то время во Франции уже существовал парламент, но Людовик XVI и его супруга Мария-Антуанетта все еще имели политическое влияние. Не добившись свержения монархии политическими методами, тысячи революционно настроенных французов прибегли к насилию, и единственными, кто оказал им сопротивление, стали несколько сотен швейцарских гвардейцев, обреченных в этом неравном бою на гибель. Точное количество погибших швейцарцев остается неясным: под самим памятником написано, что их было более 700, однако некоторые историки считают это преувеличением, предполагая, что в Париже погибли около трех сотен гвардейцев.
Идея возведения памятника принадлежит офицеру швейцарской гвардии Карлу Пфифферу, который во время штурма Тюильри находился в отпуске. Ему, впрочем, пришлось ждать до 1821 года, то есть почти двадцать лет, – и не только потому, что ему нужно было собрать средства. Дело в том, что с 1798 по 1815 годы Швейцария находилась под влиянием Наполеона. Естественно, в то время любые напоминания о верности монархии не одобрялись, но после падения Бонапарта Пфиффер смог осуществить свой план, получив поддержку от европейской аристократии, представители которой приехали на открытие памятника 10 августа 1821 года. Вот таким парадоксальным образом монумент, символизирующий сочувствие защищавшим монархию солдатам, оказался на территории Конфедерации, всегда гордившийся как своим военным нейтралитетом, так и давней демократической историей.
Швейцарский историк Юрг Штадельманн в комментарии SRF указал на любопытную деталь: под монументом выгравированы только имена павших офицеров, но не обычных наемников. По его словам, «умирающего льва» стоило бы рассматривать как памятник истории швейцарского наемничества. И эта мысль имеет под собой все основания.
Переосмысление памятника с этой точки зрения могло бы вписать его в современный контекст, когда происходит переоценка многих исторических событий, и по всему миру с пьедесталов валятся статуи тех, кого раньше считали благодетелями, а сейчас называют колонизаторами, рабовладельцами и чуть ли не военными преступниками.
Добавим, что в честь юбилея «Умирающего льва» администрация Люцерна планирует ряд мероприятий. В частности, власти установили новые информационные панели, которые теперь распределены по всему парку. Каждая из панелей посвящена одному из аспектов истории, например, штурму Тюильри или созданию монумента. Главные торжества назначены на 10 августа, годовщину взятия дворца. Среди почетных гостей – бывшая федеральная советница Дорис Лойтхард. Будут ли чиновники и высокопоставленные лица в очередной раз говорить о доблести и мужестве павших воинов или осмелятся затронуть в своей речи противоречивые аспекты истории швейцарского наемничества, пока неизвестно.