Автор: Надежда Сикорская, Цюрих, 07.09.2016.
Профессор математики Татьяна Самровски
Швейцария богата талантами, многие из которых – наши соотечественники. Знакомиться с ними самим и знакомить вас – наша очень приятная обязанность.
|La Suisse est un pays riche de talents dont certains parviennent de chez nous. Les rencontrer d’abord et vous les présenter par la suite, voici notre agréable devoir.
Татьяна Самровски родилась в Смоленске, где закончила математическую школу, после чего поступила в технический университет в Москве, бывший Московский Энергетический институт (МЭИ). Проучившись два года, отправилась покорять Запад, начав с Германии, с университета Мюнстера. Благодаря золотой медали в школе и хорошим оценкам в институте, ее приняли сразу. Сначала она пошла на экономический факультет, так как в 1990-е годы все стремились изучать именно экономику. А потом по семейным обстоятельствам – вышла замуж – переехала в Кассель, где, помимо экономики, начала заниматься еще и математикой. Закончила университет с двумя дипломами, оба с отличием, защитила диссертацию, работала в научно-исследовательском институте в Германии, а потом муж получил работу в Швейцарии и супруги, пожив какое-то время на две страны, воссоединились здесь.
Татьяна Самровски: Я – совершенный трудоголик, работаю с утра до вечера, даже в декретный отпуск не уходила ни с первым ребенком, ни со вторым. Одной было все же тяжеловато. Поэтому я согласилась на предложенную мне позицию в Цюрихском университете: сначала ассистента – постдока (с уже защищенной диссертацией), а через год, в 2010-м, я переняла проект Junior Euler Society für Mathematik (JES) , ориентированный на детей, интересующихся математикой. Его идея принадлежала профессору Анне Беляковой, которая была родом из Белоруссии. Тогда он был еще в зародышевом состоянии, потом появились деньги, была создана моя должность. Поскольку я сама из олимпиадного течения, то очень все это люблю и с удовольствием этим занимаюсь.
И есть с кем?
«Пирог» талантливых в математике детей в Швейцарии очень маленький, их надо отлавливать и приобщать. Но дети у нас прекрасные! Мы вместе готовим турниры, вместе на них ездим, вместе их выигрываем. Проект набирает обороты. Раньше речь шла об одном крупном мероприятии в два года, а теперь у нас параллельно шесть-восемь курсов для разных возрастов, с 3 по 12 классы, специальные предложения на выходные, на каникулы, международные контакты и зарубежные поездки. Во втором семестре прошлого учебного года у нас занималось в общей сложности человек триста.
Это огромная цифра для Швейцарии!
Огромная! Подавляющее большинство выигранных представителями Швейцарии международных олимпиад и турниров – это заслуга наших воспитанников. Интересно отметить, что в международном составе учеников коренных швейцарцев мало, преобладают иммигранты из Восточной Европы, Израиля, России.
Почему-то считается, что в Швейцарии нет культуры дополнительного образования, в частности, математического. По-моему, это уже не так, причем уже несколько лет. В одном только Цюрихе существуют несколько институтов, предлагающих такие услуги. Есть, например, еженедельный курс в ETH для старшеклассников, о котором Наша Газета.ch уже рассказывала, а также Олимпиадное общество, проводящее Швейцарскую национальную олимпиаду, хоть и не в несколько этапов, как в России, просто из-за нехватки детей.
Помимо преподавания, занимаетесь ли Вы исследовательской деятельностью?
Да, я регулярно публикую статьи, писать которые приходится на английском, хотя диссертацию я защищала на немецком.
А на русском?
Нет, на русском я ничего не публиковала, при этом в российских журналах есть мои статьи на английском языке, считающемся языком современной науки. У меня много контактов с российскими математиками, я сотрудничаю с лабораторией математической физики ПОМИ РАН, известной как лаборатория Ольги Ладыженской. В связи с этим несколько раз в год езжу в Санкт-Петербург, где реально сижу на стуле гениального Григория Перельмана!
Раз уж Вы упомянули Перельмана, правда ли, что все выдающиеся математики – немного не от мира сего?
Правда, как и все люди с налетом гениальности. Нужно просто воспринимать их такими, какие они есть. Я даже по детям нашим вижу: одаренные в математике школьники ярко проявляются и в другом – в спорте, в шахматах, в музыке. Они многим интересуются, обладают широким кругозором. Но есть и бемоль – порой возникают проблемы в общении со сверстниками.
А почему? Слишком умные? Трудно находить себе подобных?
Может быть. Они стеснятся иногда говорить что-то, опасаясь, что их не поймут.
А в этом возрасте хочется быть «как все».
Совершенно верно. По крайней мере, не быть изгоем. Дети часто приходят расстроенные, что над ними смеются.
Сейчас смеются, а потом будут всем гордо рассказывать, что учились с ними в одном классе!
Конечно, но в подростковом возрасте это трудно понять. Я сужу по собственному двенадцатилетнему сыну, который талантлив в математике, но грезит сценой, театром и кино. Математикой занимается, но без энтузиазма. Мне обидно, конечно, ведь именно в этой сфере я могла бы ему помочь. Но это его жизнь.
Знаете, мне кажется, в наше время надо радоваться, когда ребенок вообще чего-то хочет, столько сейчас не мотивированных подростков!
Согласна, но, по-моему, это проблема школы и семьи. Часто родители слишком заняты и пускают все на самотек. А упустить момент очень страшно. Конечно, нельзя идти против прогресса и лишать детей его достижений, даже в виде электронных игр. Но можно и нужно научить их разумно распоряжаться своим временем.
Порой приходится слышать от некоторых наших соотечественников жалобы если не на откровенное притеснение, то на необъективное отношение. Вам доводилось сталкиваться с подобным?
Нет, никогда! Я уехала в 1998 году с третьего курса института. Одна, без денег, если не считать двух тысяч марок. Без языка, без знакомых, в никуда. Была только бумажка, что меня приняли на языковые курсы, и адрес, на который надо было явиться. Уезжала я от безысходности. Мои родители очень рано развелись, мама к тому времени уехала в Америку, передавать оттуда деньги было невозможно. Мне было очень тяжело одной. Жизнь тогда вообще была тяжелой, да и постреливали на улицах. Я решила, что в Германии смогу подзаработать, а в Мюнстерский университет я просто влюбилась.
А как Вы платили за учебу, ведь обучение там не бесплатное?
Это интересная история, которую стоит рассказать. Изначально я приехала на языковые курсы – отлично помню, это было 14 января, а занятия начинались 15-го. Ради этого я предварительно три месяца отработала на оптовом рынке, чтобы заработать хоть какие-то деньги, и сдала досрочно сессию, чтобы высвободить четыре недели для интенсивных занятий немецким. В первый же день познакомилась с девочкой, которая объяснила, как поступить в университет: надо было представить справку о 680 часах занятий языком и справку о двухлетнем обучении в российском вузе. Подавать документы на летний семестр нужно было … до 15 января включительно, то есть именно в тот день! Короче, мне удалось уговорить секретаря курсов выдать мне первую справку, а вторая у меня была. В 23.30 я опустила конверт в почтовый ящик на двери Мюнстерского университета. А через неделю получила ответ, что меня приняли, да еще на самое крутое отделение, да еще не только бесплатно, но и предложив семестр бесплатного общежития и три – бесплатных языковых курсов. Это было великое счастье! Я получила студенческую визу, дававшую право на работу. Вообще, мне всегда очень везло на хороших, доброжелательных людей.
Но согласитесь, что люди помогают, когда видят, что и «объект помощи» действительно к чему-то стремиться и готов ради этого вкалывать.
Это так, вот я и пашу. Днем и ночью. К счастью, у меня такой же муж, так что у нас полное взаимопонимание.
Вернемся к главной теме нашего разговора, математике. Может быть, есть что-то, что отличает Ваш педагогический метод от других?
Немного сложно говорить о себе самой, но я точно знаю, что я всегда стремлюсь детей заинтересовать, показать им, что математика – это КРАСИВО! Ведь математика связана и с философией, и с музыкой, и с архитектурой, и с живописью. Существует множество математических игр, развивающих логическое мышление, пространственное воображение. Все это я стремлюсь использовать, потому что дети со временем начинают либо специализироваться, либо лениться, постепенно отходя от того, что кажется им сложным. Бывает, проболел или не повезло с преподавателем, и возникает пробел, нагнать который сложно, и интерес теряется.
В СССР верили в индивидуальный подход к одаренным детям. А Вы?
Только так и никак иначе! На массу работать и сложно, и бессмысленно. После двух-трех недель мне обычно становится ясно, что нужно данному конкретному ребенку: хочет ли он больше играть или решать задачки, или что-то придумывать. Надо ли ему дать больше читать или чаще вызывать к доске, чтобы он мог рассказывать. Всегда стараюсь уловить сильные стороны каждого ученика.
Продолжая «жалобную» тему. Раздаются упреки и в сторону упадка преподавания в России точных наук.
Я с этим не согласна. Упадок образования происходит везде, причем в России, мне кажется, даже более замедленными темпами: нам есть, откуда падать. Но, конечно, очень многие талантливые люди уехали. Очень многие в 1990-е потеряли ориентир. Ведь и я собиралась поступать на ВМК или на мехмат, но передумала, так как поняла, что я просто на это не проживу. Я уверена, что очень много талантливых ученых в тот момент не реализовали себя из-за сложившейся в стране ситуации. Мы много потеряли. Но оценивая, на основании собственного опыта, российскую, немецкую и швейцарскую школы, я могу сказать, что швейцарская – не самая сильная. К сожалению, об уровне российского преподавания физики и математики Швейцарии остается только мечтать. Да и вообще, здесь явно не заинтересованы в изобилии людей с высшим образованием, начальные школы к поступлению в гимназию просто не готовят, существует огромный разрыв в программе.
Какие перспективы у сегодняшних российских студентов? Отучиться и уехать?
И да, и нет. Кто-то хочет уехать, а кто-то нет. Мой двоюродный брат, например, закончил Гарвард и вернулся. И все у него хорошо. Более того, все иностранцы, которые учились со мной и потом уехали работать в Россию, не спешат возвращаться.
Но «инвестировать» надо в детстве?
Безусловно. Есть очень много талантливых детей, желающих и способных заниматься математикой. Просто такого ребенка нужно найти и показать ему, что быть умным – не стыдно, что он не один такой, что «ему подобные» есть в разных возрастных категориях. А уж если получится таких детей свести вместе, то потом их водой не разольешь и из спецкурса не вытолкнешь. Попадание в детстве в стимулирующую атмосферу – залог дальнейшего успешного развития.
Редакция благодарит Татьяну Самровски за предоставленные фотографии из личного архива.
Женевские конвенции без России или Россия без них?
Швейцарские «Сети»
Личная свобода и общая безопасность
Русская грязь и русский секс на женевской сцене
Швейцарские рестораны с интересной историей
Добавить комментарий