Крах Credit Suisse: год спустя | La chute de Credit Suisse: un an après

Процесс слияния СS и UBS должен завершиться в 2026 году, но новый мегабанк уже вызывает много вопросов. Как отмечает Handelszeitung, ни в одной другой стране нет такого огромного банка по отношению к ее собственной экономике, как в Швейцарии. По подсчетам Le Temps, UBS со своими 1500 миллиардами франков вдвое превышает ВВП Швейцарии, что может представлять риск для страны.

Год спустя после прекращения деятельности CS эксперты едины только в одном: ситуация не должна повториться. Если (или когда) UBS столкнется с трудностями, все игроки должны объединить усилия и начать действовать гораздо раньше, чем это происходило в случае CS, когда руководство банка до последнего отказывалось верить в серьезность положения. Это значит, что UBS необходимо сделать как можно более устойчивым к кризису. Каким же образом?

В течение этого года политики и экономисты выдвигали самые разные предложения по усилению UBS, включая увеличение собственного капитала банка. Эксперты требуют, чтобы капитал составлял до 20% от общего баланса, что фактически сделает UBS неуязвимым. Однако это значительно увеличит затраты, поэтому руководство UBS выступает против.

На повестке – и расширение полномочий органа по надзору за финансовыми рынками FINMA. Президент FINMA Марлен Амстад предложила, чтобы организация имела возможность налагать штрафы, как это, например, происходит в других странах. Однако Ассоциация банкиров с этим не согласна, выступая за то, чтобы повысить ответственность руководителей банков. Аналитики сомневаются, что это будет иметь эффект – особенно в случае с иностранными руководителями. Ассоциация банкиров также не поддерживает идею ужесточения правил в отношении акционерного капитала. FINMA пока ничего не остается, как сосредоточиться на контроле: надзорный орган заявил, что планирует подвергнуть UBS 40 проверкам и двум стресс-тестам в этом году, поскольку крах CS разрушил миф о том, что крупные банки не могут обанкротиться. FINMA уделит внимание рискам, связанным с интеграцией двух банков, включая операционную стабильность.

Свою роль в предотвращении подобных кризисов могло бы сыграть принятие более эффективного закона «Слишком большой, чтобы обанкротиться». Возглавляемый Карин Келлер-Суттер департамент финансов намерен представить в апреле доклад и показать, как можно сделать закон более кризисоустойчивым. Одним из возможных инструментов может стать государственная программа экстренной помощи для реструктуризации системно значимых банков Public Liquidity Backstop (BLP).

Интересен и будущий отчет возглавляемой Изабель Шассо парламентской комиссии, которая сейчас ведет расследование ситуации вокруг CS. Ожидается, что выводы будут представлены во второй половине года. Будет ли этот доклад иметь какие-либо прямые последствия, пока неизвестно.

К слову, почему фиаско CS не подверглось более тщательному анализу со стороны ученых? Почему университетские специалисты не участвуют более активно в общественных дебатах? На этот любопытный момент обратил внимание профессор Цюрихского университета Марк Чесни, предполагающий, что это может быть связано с влиянием определенных спонсоров на работу исследователей. В результате университеты чуть ли не вынуждены «прислушиваться к представителям финансового сектора и подстраивать свои исследования под их программу», что, несомненно, несовместимо с академической свободой.

Таким образом, несмотря на многочисленные предложения, за год каких-то существенных изменений не произошло. В колонке для Le Temps представитель Социалистической партии Самюэль Бендаан отметил, что ни правительство, ни парламент не сделали ничего серьезного, чтобы предотвратить повторение подобной катастрофы. По его наблюдению, у Конфедерации есть ресурсы на спасение банков или субсидирование оружейной промышленности, но не находится средств, когда речь идет о снижении страховых взносов или поддержании уровня пенсий. Некоторые аналитики также с сожалением отмечают, что чем больше успокаивается ситуация, тем больше можно ожидать, что банковское лобби и так называемые буржуазные партии будут следовать лозунгу «мы хотим, чтобы все изменилось, но в конечном итоге все должно остаться так, как есть».

С другой стороны, финансовая индустрия и так одна из самых регулируемых отраслей в мире. Как справедливо отмечают игроки банковского сектора, можно установить любые правила, но в конечном счете ответственность несет именно руководство, поэтому выбор управляющих должен иметь огромное значение. А в CS с этим как раз были проблемы. По сообщениям SonntagsZeitung, в течение десяти лет CS финансировал выплату бонусов и дивидендов за счет долгов. «Руководящие органы должны нести ответственность за любые проступки. В будущем неоправданное вознаграждение должно быть компенсировано», - заявил представитель Либеральной партии Оливье Феллер со страниц Le Temps, считая, что такая безнаказанность не должна повториться.

Кто же остался в выигрыше от слияния двух банков? Согласно исследованию Люцернского университета прикладных наук и искусств, в период между обострением кризиса CS и слиянием с UBS из банков утекли клиентские активы на общую сумму 60 миллиардов франков. Больше половины этих средств поступили в кантональные банки, которые рассматриваются многими клиентами как «тихая гавань». И на это есть веская причина: 21 из 24 кантональных банков имеет государственную гарантию. Сами главы кантональных банков не считают, что они получили какую-то особую выгоду от краха CS. Кроме того, клиенты с активами в десятки миллионов часто предпочитают не маленький швейцарский, а крупный глобальный банк, т.е. от ситуации отчасти могли выиграть иностранные банки, переманившие бывших клиентов CS с солидными накоплениями. Любопытно, что иностранные банки также постепенно заполняют швейцарскую нишу финансирования экспорта. Эта услуга чрезвычайно важна для многих компаний, а оказывают ее в основном только крупные финансово-кредитные учреждения.

Что касается возникших после поглощения CS опасений по поводу репутации и здоровья швейцарского финансового центра, то они оказались напрасными. По данным консалтинговой компании EY, 96% швейцарских банков продемонстрировали отличные финансовые результаты в 2023 году и ожидают роста своих доходов в будущем.

Добавим, что судьба штаб-квартиры CS на Парадеплац в Цюрихе уже решена: в интервью изданию Blick генеральный директор UBS Серджио Эрмотти рассказал, что банк сохранит это здание, которое было «важной частью истории CS и теперь становится частью будущего UBS».