Первая в Швейцарии персональная выставка израильской художницы, считающейся одним из самых серьезных видеорежиссеров современности, проходит сейчас в Кантональном музее Лозанны.
|
Le Musée cantonal des Beaux-Arts de Lausanne présente la première exposition personnelle en Suisse d’une artiste israélienne, qui partage sa vie entre Tel-Aviv et Amsterdam.
Яэль Бартана родилась в 1970 году в мошаве Кфар Йегецкель на севере Израиля. Мошав отличается от более известного всем кибуца тем, что это не просто эквивалент колхоза, где все общее, а сельскохозяйственный кооператив, где у каждой семьи свое хозяйство.
Изучала фотоискусство в Бецалельской академии искусств и дизайна в Иерусалиме, затем училась и работала в Канаде и США, получила грант на работу в Королевской академии искусств Нидерландов и с в настоящее время живет, работает и преподает попеременно в Тель-Авиве и Амстердаме. В отличие от многих своих коллег, Яэль не грезила искусством с детства, а пришла в него, пытаясь лучше разобраться в собственной биографии и в национальных особенностях своего народа.
Искусство Яэль Бартана хорошо известно в мире. Она участвовала уже в трех биеннале в Сан-Паулу, в Документа в Касселе, в Венецианской и Берлинской биеннале, во многочисленных коллективных выставках. Персональные выставки Яэль Бартана прошли в Канаде, Нидерландах, Австрии, США, Израиле и Германии, а летом этого года она примет участие в Манчестерском международном фестивале с перформансом «А что, если бы миром управляли женщины». Можно не сомневаться, что это вызовет интерес в стране, имеющей и королеву, и даму-премьершу.
Как вы уже догадались, художницу интересуют общество и политика, вопросы коллективной памяти и личной идентичности, которые она исследует в своих сложных видеокомпозициях, фотографиях и инсталляциях.
Первая персональная выставка Яэль Бартана в Швейцарии также построена вокруг трилогии «И Европа будет потрясена», хоть и носит название одной из более ранних ее видеоработ – «Трепетные времена», 2001. На первый план выносятся не перестающие волновать художницу вопросы: напряженность в отношениях между вымыслом и реальностью, пафос и ирония, надежда и отчаяние, возвращение и разлука, ностальгия и поиск способов порвать с прошлым. Не волнуют ли эти вопросы каждого здравомыслящего человека?
Ученые Федеральной политехнической школы Лозанны проследили, как деятельность человека с давних времен вела к глобальному потеплению. Расширение Римской империи, чума или завоевания Нового света оказывали на климат не меньшее воздействие, чем промышленные загрязнения и выхлопные газы. Просто теперь наша планета разогревается гораздо быстрее.
Сегодня мы публикуем параллельно два текста, связанных с Ульрихом Шмидом, профессором кафедры российской культуры Университета Санкт-Галлена. Интервью с ним вы найдете в рубрике «Наши люди», а в данной рубрике предлагаем познакомиться с его взглядами на самый известный роман Владимира Набокова - «Лолиту». Мы подготовили для вас перевод статьи, опубликованной в NZZ.
19 апреля 1943 года швейцарский химик Альберт Хофманн впервые принял синтезированный им препарат ЛСД, сел на велосипед и, гонимый галлюцинациями, поехал домой. Хофманн не знал, какой эффект его изобретение окажет на последующее развитие человечества, поставив его у истоков психоделического движения.