Мы продолжаем знакомить вас со Швейцарией глазами архитектора Леонида Слонимского. Сегодняшний рассказ – о ракете в стиле Belle Epoque или «ужасно прямой линий». Тем, кто боится высоты, лучше не читать!
|
Voici la suite de la série « Les impressions architecturales » par Léonide Slonimsky, qui nous permet de découvrir la Suisse sous un autre angle. Le voyage en rocket style Belle époque n’est pas recommandé à ceux qui ont peur du vide!
Эта заметка продолжает тему #flamboyantinfrastructure, о которой автор уже упоминал, рассказывая о небоскрёбе без окон – Цюрихском Корнхаусе. Буквальный перевод этого введённого мной термина – «пламенеющая инфраструктура», то есть утилитарные здания, чьи масштаб, инновативность, инженерная сложность и красота поднимают их на уровень, сравнимый разве что с пламенеющей готикой средневековых соборов.
«Ужасно прямая линия»
В самом начале своей повести «Из записок князя Д. Нехлюдова» Лев Николаевич Толстой описывает Люцерн, «одно из самых романтических местоположений Швейцарии» и виды, открывающиеся оттуда на Озеро четырех лесных кантонов. Он пишет: «Ни на озере, ни на горах, ни на небе ни одной цельной линии, ни одного цельного цвета, ни одного одинакового момента, везде движение, несимметричность, причудливость, бесконечная смесь и разнообразие теней и линий, и во всем спокойствие, мягкость, единство и необходимость прекрасного. И тут, среди неопределенной, запутанной свободной красоты, перед самым моим окном, глупо, фокусно торчала белая палка набережной, липки с подпорками и зеленые лавочки — бедные, пошлые людские произведения, не утонувшие так, как дальние дачи и развалины, в общей гармонии красоты, а, напротив, грубо противоречащие ей. Беспрестанно, невольно мой взгляд сталкивался с этой ужасно прямой линией набережной и мысленно хотел оттолкнуть, уничтожить ее, как черное пятно, которое сидит на носу под глазом…»
Ровно такое же впечатление, возможно, произвела бы на писателя другая «ужасно прямая линия», построенная в этих же краях и в ту же эпоху – Хамметшвандский лифт. Этот 153-метровый наружный лифт – самый высокий в Европе, он был построен в 1905 году богатым промышленником, отельером и первопроходцем железнодорожного строительства Францем Йозефом Бюхером.
Лифт в небо
Бюхер построил лифт для своего курорта Бюргеншток, расположенного на высоте 874 м над уровнем моря, где отдыхало множество богатых людей. Сначала он проложил пешеходную дорожку в скале северного склона Бюргенштока, который круто спускается к Люцернскому озеру. А после, в 1903-1905 годах, от Кенцели, где заканчивается скальная тропа, возвёл лифт – в качестве дополнительной достопримечательности.
Первая кабина подъемника Hammetschwand была изготовлена из древесины горной ели и покрыта снаружи цинковым листом для защиты от непогоды. Она вмещала от шести до восьми человек, общий вес которых не должен был превышать 600 кг. В кабине стояли две мягкие скамейки. С интервалом в семь минут он перевозил грузы и гостей на платформу размером 1,55 × 1,80 м за три минуты, со скоростью 1 м/с. Этотподъемник стал самым быстрым в Европе, но из-за перепадов напряжения с речной электростанции Фаденбрюке в Буохсе движение было крайне неустойчивым.
Подъемник и филигранная конструкция были спланированы и построены инженерами и подрядчиками из Caspar Wüst & Cie из Зеебаха (Цюрих) и Löhle & Cie из Клотена. Опорная конструкция состоит из решетчатой башни 2×2 м в плане с крестообразными раскосами, первая треть башни находится в вырубленной в скале шахте.
После прохождения через скалу решетчатая башня поднимается вверх. В этом центральном, почти вертикальном участке скалы кованый каркас прилегает к скале и крепится к ней. Основание опирается на раму, которая вмонтирована в боковую поверхность скалы и придает башне устойчивость. В верхней трети башня соединена со скальным массивом горизонтальными анкерными фермами длиной до 10,5 м, находящимися на расстоянии 20-24 м друг от друга. Верхняя платформа образует пешеходный мост, который ведёт к верхней станции, расположенной на высоте 1114 м над уровнем моря. Интересно, что сам лифт находится на земле кантона Люцерн, а горное плато – в кантоне Нидвальден.
Всё быстрее и безопаснее
В 1936 году фирма Caspar Wüst & Cie (из которой выросла фирма Schindler & Cie.), которая в то время находилась в Люцерне, впервые отремонтировала лифт в содействии с ответственным техническим персоналом отеля-владельца. Была усилена конструкция башни и направляющих, а также привода. Лифт получил новую кабину из легкого металла, которая вмещала от десяти до двенадцати человек и могла работать быстрее – со скоростью 2,7 м/с. Время в пути сократилось до одной минуты.
Schweizerische Bauzeitung, 1905 г.
Второй капитальный ремонт и модернизация были проведены соответственно в 1959 и 1960 годах. Конструкция была снова усилена, улучшена антикоррозийная защита и переделан привод, так что время движения сократилось до 45 секунд при скорости подъема 4 м/с. В 1981 году лифт подвергся очередной реконструкции, в ходе которой, в частности, была модернизирована система контроля входа. Несмотря на регулярное обслуживание, 85-летний лифт оказался под угрозой закрытия в 1990 году, и власти кантона потребовали провести полную реконструкцию.
При технической и финансовой поддержке компании Schindler & Cie владельцу удалось обеспечить его дальнейшее существование – обе стороны основали операционную компанию Hammetschwand Lift. В период с 1990 по 1992 год был проведен ремонт всего объекта. Станция внизу была полностью отремонтирована и расширена. С тех пор лифт эксплуатировался с панорамной кабиной, полностью застекленной с трех сторон, доступной для инвалидных колясок и устойчивой к погодным условиям, и вмещал двенадцать человек или 900 кг полезного груза. Вход теперь осуществляется с задней стороны. Рабочая скорость также была снижена до 3,15 м/с, чтобы панорамой можно было насладиться. Опорная конструкция была укреплена, перекрашена и оснащена 16 лампами, чтобы установку было видно ночью.
В честь своего 100-летнего в 2005 году юбилея лифт подвергся еще одному капитальному ремонту и реконструкции. Были проведены работы по обеспечению безопасности скалы, а архитекторское бюро Dolmus Architekten разработало новый дизайн вестибюля. Входная зона и козырёк были облицованы брутальными индустриальными металлическими решетками, а в интерьере был выявлен натуральный скальный камень.
Несмотря на то, что «прямота» лифта действительно грубо противоречит местной природе и выглядит немного самонадеянным символом покорения ее человеком, именно в этом и есть его романтическая красота. Лифт часто сравнивают с взлетающей вверх ракетой, но в то же время его элегантная эстетика архитектуры национального романтизма конца 19 – начала 20 века придаёт этой «ракете» некоторую сказочность. Возможно, именно в силу этой особенности этот лифт вдохновил знаменитого режиссёра Уэса Андерсона использовать такой же лифт в фильме «Гранд Отель Будапешт» в качестве романтического символа страны Зубровка.
Швейцарская практичность, или про то, что катет дешевле гипотенузы
И всё же, при всей его романтичности, лифт – очень швейцарское сооружение. Его уникальная архитектура сводится к нескольким основным параметрам: инженерная мысль, уникальное расположение, необходимость и смело-хвастливое проявление обуздания человеком природы. В издании Schweizerische Bauzeitung за 1905 год уже говорилось: «Вертикальное расположение ... возможно, изначально было обусловлено экономией, поскольку наклонная система, как это обычно бывает, была бы длиннее и ... дороже. С другой стороны, строитель, вероятно, был не прочь разместить смелую, вертикально поднимающуюся в воздух подъемную башню и тем самым привлечь к установке внимание бесчисленных посетителей озера».
Сегодня мы публикуем параллельно два текста, связанных с Ульрихом Шмидом, профессором кафедры российской культуры Университета Санкт-Галлена. Интервью с ним вы найдете в рубрике «Наши люди», а в данной рубрике предлагаем познакомиться с его взглядами на самый известный роман Владимира Набокова - «Лолиту». Мы подготовили для вас перевод статьи, опубликованной в NZZ.
Ученые Федеральной политехнической школы Лозанны проследили, как деятельность человека с давних времен вела к глобальному потеплению. Расширение Римской империи, чума или завоевания Нового света оказывали на климат не меньшее воздействие, чем промышленные загрязнения и выхлопные газы. Просто теперь наша планета разогревается гораздо быстрее.
19 апреля 1943 года швейцарский химик Альберт Хофманн впервые принял синтезированный им препарат ЛСД, сел на велосипед и, гонимый галлюцинациями, поехал домой. Хофманн не знал, какой эффект его изобретение окажет на последующее развитие человечества, поставив его у истоков психоделического движения.