Александр Дьяков: Швейцарец с русской душой|Alexander Diakoff: A Swiss with Russian soul

Автор: Надежда Сикорская, Женева, 20. 03. 2013 Просмотров:2936

Фото - Наша газета

Александр Дьяков на женевской улице (© Nasha Gazeta.ch)

Имя этого тонкого музыканта и очень симпатичного, как выяснилось при личном знакомстве, человека встречается на наших страницах уже с 2009 года: то он пел Великана в «Коте в сапогах», то Магрибского мага в «Волшебной лампе Алладина», а то, совсем из другой оперы, Евангелиста в «Страстях по Матфею» митрополита Илариона Алфеева.  Разумеется, и русская фамилия, и разнообразие репертуара привлекли наше внимание. Так что на примете у нас он был давно, а вот встретиться довелось только сейчас, накануне исполнения в Женеве оратории Сергея Прокофьева «Иван Грозный».

Оказалось, что все еще интереснее, чем мы думали. Внешне Дьяков мало похож на стереотипного баса – и не огромный, и не толстый, а так, средней величины, в меру упитанный. Родился Александр в Женеве, а русский он только наполовину, по папе, так что вполне можно обращаться к нему «Александр Владимирович». Мама – швейцарка, но тоже России не чужая: ее бабушка прожила там тринадцать лет в конце 19 века, преподавала французский, тетя во время Первой мировой войны два года проработала сестрой милосердия. А мама до сих пор регулярно ездит в Россию – просто так.

По отцовской линии все предки – священники и музыканты, один из Дьяковых был думским дьяком еще при царе Алексее Михайловиче! В 18 веке представители династии служили в церковных приходах в разных российских городах – Белозерске, Черновцах, Новгороде, Вологде…  Первый документ, подписанный фамилией Дьяков, хранится в Кирилло-Белозерском монастыре. В 19 веке Дьяковых начали, выражаясь современным языком, «направлять на работу за границу». Дед Александра состоял юрисконсультом в российских посольствах в Брюсселе и Вене, в австрийской столице семью застала Первая мировая война. Сразу вернуться в Россию не позволили дела, а потом… последний мост через Вислу был взорван, и путь домой был отрезан. Пришлось выбирать, куда ехать: в Швецию или в Швейцарию. Выбрали Швейцарию, где уже находились некоторые родственники.

Наша Газета.сh : Александр, чем занимались Ваши предки, оказавшись в Женеве?

Дед стал священником в Русской церкви. Он очень много занимался русскими беженцами, причем не только в Швейцарии, но и во Франции. Его жизнь – это отдельная история, достойная целого романа.

Следующие поколения Дьяковых формально ушли из церкви, зато вторая семейная традиция, музыкальная, лишь окрепла…

Да, в нашем доме всегда звучала музыка. Отец был виолончелистом в Оркестре Романдской Швейцарии до середины 1970-х годов, работал с Эрнестом Ансерме. Он общался со многими выдающимися музыкантами той эпохи, достаточно назвать имена Шаляпина, Стравинского, Глазунова. С 1937 года и до самой смерти  в ХХ году руководил хором при Русской церкви в Женеве, писал для него музыку. Большая часть музыкального архива отца хранится в Библиотеке Женевской консерватории. Родившись в Брюсселе в 1909 году и умерев в 1978-м, он, к сожалению, так и не узнал России.

Как же при такой наследственности Вы не очень охотно говорите по-русски или делаете это неуверенно?

Во всем виноват дед по материнской линии! Мы жили в одном доме, в Каруже, он по-русски не говорил, ну и из вежливости все остальные тоже не говорили. При этом дед очень интересовался Россией. Он принял Советскую власть, состоял в Рабочей партии Каружа и даже подписался на французскую версию журнала «Советская жизнь», который я в детстве регулярно читал, узнавая последние новости о сборе хлопка в Узбекистане и пшеницы в Украине!

Вы получили отменное музыкальное образование. Вы не только с отличием окончили Женевскую консерваторию по классу знаменитого швейцарского оперного певца Эрика Таппи (кстати, он тоже прославился исполнением партии Евангелиста в «Страстях по Матфею», но Баха), но успели поучиться у Евгения Нестеренко в Московской консерватории. Как это Вам удалось?

Совершенно случайно! Я, действительно, по-русски говорить стесняюсь, так как считаю, что делаю это недостаточно хорошо. Но ухо у меня на этот язык натренировано, и если очень надо, то могу и поговорить. Даже по телефону! Это я все рассказываю к тому, что в 1985 году, когда отмечалась очередная круглая дата Женевской консерватории, на празднование приехал тогдашний ректор Московской консерватории Борис Иванович Куликов. Параллельно в Женеве проходила встреча Михаила Горбачева и Рональда Рейгана, и все профессиональные переводчики были задействованы на ней. Вот почему, учитывая мое русское происхождение, меня и приставили переводчиком к Куликову. Я его всюду водил, все показывал, у нас получился контакт и, уезжая, он сказал, а что бы тебе, мол, не приехать к нам поучиться? Так, с его легкой руки, в 1988 году я отправился на два года в Москву, стажером в класс к Евгению Нестеренко.

Какие воспоминания остались у Вас об этом периоде?

Ярчайшие! Конечно, в экономическом смысле это был трудный момент, но зато в культурном, музыкальном планах находиться тогда в Москве было невероятно интересно. Евгений Евгеньевич находился в расцвете славы, так что проблем с билетами на все спектакли, концерты, обсуждения не было. Сколько же я тогда пересмотрел и переслушал! Только в Большом – четыре раза «Бориса Годунова», по три раза «Хованщину», «Ивана Сусанина»… А какие концерты… Особенно почему-то запомнился концерт самого Нестеренко в Доме Шаляпина по случаю 150-летия Мусоргского, аккомпанировал ему Евгений Шендерович. Вся эта прекрасная музыка в исполнении прекрасных музыкантов до сих пор звучит у меня в ушах.

Нестеренко устроил мне и приглашение на небольшую стажировку в оперной студии при Кировском – тогда еще – театре. Там я работал над партией Гремина.

Но ведь и в политике тогда много чего происходило…  Вас это как-то коснулось?

Конечно, ведь это был самый разгар перестройки, гласности, всех реформ. Я жил в студенческом общежитии на Малой Грузинской и там, естественно, все это бурно обсуждалось. Мне было очень интересно сравнивать то, что я видел своими глазами, с рассказами старших членов нашей семьи. И знаете, странно: только выйдя из поезда на Белорусском вокзале, я всей душой ощутил себя русским. Москва была голодная, серая, холодная, а я был дома, мне было хорошо.  Кстати, именно в Москве я по-другому начал воспринимать природу – например, я впервые услышал, как ломается лед на Москва-реке – непередаваемо! Возможно, при общей монотонности общественной жизни, духовная жизнь становится активнее.

Сделали ли Вы какие-то неожиданные для себя наблюдения?

Я понял, насколько по-разному люди могут оценивать одну и ту же ситуацию. В нашей семье царил дух космополитизма, большой любви к большевикам испытывать было не с чего, но и антисоветчиками мы не были. И вот в Москве, в консерватории, я познакомился с удивительным человеком – Федором Фридриховичем Мюллером, с 1942 года работавшим органным мастером Большого зала. Ему тогда было уже за 80, это был интереснейший собеседник. Он был убежденным коммунистом, а все эмигрировавших русских называл не иначе как белой сволочью. Это было радикально.

Удалось ли Вам побывать на родине предков?

Не поверите – за 72 часа до отъезда из Москвы мне удалось съездить в Рязань, в одной из церквей которой когда-то служил мой прадед. А еще я побывал в деревне Дьяково, около Коломенского. Она не имеет к нашей семье никакого отношения, за исключением того, что в ней останавливались дьяки в то время, когда царская семья проводило лето в Коломенском. Но в этой деревне я пережил сюрреалистический опыт. Я оказался там в момент, когда старинное кладбище, закрытое в 1950-е годы, было возвращено церкви. И вот люди лопатами рыли землю, и взорам открывались надгробные плиты, гробы, кресты… Это было невероятно. Создавалось впечатление, что земля разверзлась, и мертвые восстали. Те семьи, которым не удавалось найти «свою» могилу, складывали гору из осенних листьев в форме гроба, втыкали сверху веточку с прикрепленной к ней бумажкой с именем…

Давайте вернемся из России в Женеву и поговорим о Вашем репертуаре. В оперных постановках Вы исполняете, чаще всего, характерные партии. Почему?

Потому что они мне подходят, я очень люблю не только петь, но и играть. Обожаю оперы Моцарта, Россини, в которых есть возможность создать интересные образы. Но при этом я очень люблю и духовную музыку, участвовал в исполнении многих произведений Баха, Монтеверди, Генделя, Гайдна, Дворжака…

Можно ли говорить о Вашем русском репертуаре?

Конечно! Я много и с огромным удовольствием пою циклы Мусоргского «Смерти и пляски смерти», «Без солнца», «Детская», произведения Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина. Участвовал я и в исполнении «Всенощной» Рахманинова, «Литургии» Чайковского, в постановках музыкальной «шутки» Шостаковича «Антиформалистический раек» и его оперы «Нос», а также в «Дуэнье» Прокофьева.

В последнее время я часто исполняю партию Евангелиста в оратории митрополита Илариона.

Что Вы можете рассказать о предстоящем «Иване Грозном»?

Не хочу много рассказывать, чтобы не лишать публику сюрприза. Я исполняю в этой постановке три партии – Чтеца, Ивана Грозного и Басманова. Для каждой нужно было найти какую-то изюминку. Чтеца я представляю себе как летописца, читающего древнюю рукопись, в образ Грозного «перехожу», садясь на трон. А вот что я нашел для Басманова, вы узнаете, придя на концерт.

Есть ли у Вас какая-то не реализованная пока мечта, партия, которую хочется спеть?

Скажу Вам так: я верю в счастливый случай и доверяю ему. Судьба посылала мне много интересных встреч, путешествий, ролей… Надеюсь, она будет посылать их и дальше. 

От редакции: Напоминаем, Вы можете услышать Александра Дьякова на сцене Женевской оперы 22 и 23 марта.

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1.01
CHF-EUR 0.87
CHF-RUB 65.98

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Сегодня в Женеве могут закрыться сотни ресторанов

Если вы увидите, как полиция закрывает ваше любимое кафе, то не спешите возмущаться. Это не произвол стражей порядка, а мера властей в ответ на неорганизованность владельцев баров и ресторанов города Кальвина.
Всего просмотров: 1,311

Русский храм в Веве

В это воскресенье любимый многими православными храм св. великомученицы Варвары в Веве отмечает почти круглый юбилей. На праздник приглашаются все желающие, а мы, пользуясь случаем, напоминаем вам историю храма.
Всего просмотров: 1,150

Исход богатых из Женевы

Судя по серьезности терминов, выбранных нашими швейцарскими коллегами, дело швах и фискальную политику кантона все-таки придется пересматривать.
Всего просмотров: 1,120

СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Швейцарское гражданство – инструкция по получению

Фото - Наша газета Мы продолжаем серию публикаций об интересующих наших читателей правовых аспектах жизни в Швейцарии. Сегодня мы расскажем о новых правилах получения гражданства.
Всего просмотров: 132,193

Права квартиросъемщиков в Швейцарии

Как расторгнуть арендный договор? Запрещено ли курить в съемном жилье? Можно ли заводить животных?
Всего просмотров: 3,749

Дело Абрамовича станет процессом века для фрибуржцев

В среду 2 мая в гражданском суде округа Заане (Фрибург) началось рассмотрение иска Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) к российскому миллиардеру Роману Абрамовичу и компании «Газпром». Процесс, который, по всей вероятности, затянется до середины июня, потребует от властей города максимум усилий для обеспечения общественной безопасности.
Всего просмотров: 3,667
© 2018 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top