Одиль и три "матрешки"|

Автор: Людмила Клот, Женева, 12. 11. 2008 Просмотров:799

Светлана и Одиль, фото автора

Точнее, в интервью участвовала лишь одна из них, 20-летняя Светлана. 19-летняя Наташа учится в Лондоне, а 15-летняя Марина была в это время в школе, в Женеве.


НГ: Одиль, начнем издалека: кто вы про профессии?

Одиль: Демограф. Я училась в Америке, жила в разных странах, а затем много лет работала в женевском офисе Международной организации труда. Я стесняюсь называть мою фамилию в статье, потому что все мои друзья и так знают, что я усыновила трех своих дочерей в России. Но с другой стороны, этот случай не типичен: я стала приемной матерью, когда мой сын был уже взрослым, а я развелась с мужем. В Швейцарии, особенно в Женеве, одинокой женщине сложно усыновить ребенка, а уж тем более троих сразу. Чтобы не создавать прецедента, давайте просто укажем мое имя, Одиль.

НГ: Как возникла идея усыновить ребенка и почему именно в России? 

Одиль: Я родилась в Лондоне. Моя мать была наполовину француженкой, наполовину венгеркой,  а отец - русским из очень хорошей семьи. Он успел окончить московский университет, а в 1924 году, вместе с последней волной белой эмиграции, уехал в Европу. Вы примерно представляете, через что пришлось пройти русским эмигрантам той эпохи.

НГ: Так у вас есть родственники в России?

Одиль: У меня там, к огромному сожалению, никого и ничего нет. Единственная сохранившаяся вещь - это университетский диплом отца. У него была в Петербурге двоюродная сестра, следов которой отыскать не удалось, она поменяла фамилию, провела 7 лет в лагерях и больше мы о ней ничего не знаем. Зато у нас много родственников русского происхождения, которые живут в Европе, у них в свою очередь выросли дети, мы все общаемся.  Языки общения в семье - русский и французский.

Идея усыновления у меня была всегда, и видя, как подрастает мой сын, я понимала, что готова дать любовь еще одному ребенку. Я собрала все необходимые по швейцарскому законодательству документы и обратилась в Женевское агентство по усыновлению. А они предложили девочку 5 лет, но сказали: имейте в виду, у нее есть младшая сестра. Тогда я быстро подготовила документы, чтобы удочерить обеих.

НГ: Расскажите о первой встрече с Вашими дочерьми.

Одиль: Ноябрь 1992 года. Четыреста километров от Москвы. Мы выехали с утра на машине - а тогда машины в России были не такие, как сегодня, к примеру, та, на которой мы ехали, не отапливалась...

НГ: Ну знаете, нужно быть реалистом, у нас в те годы был кризис в стране...

Одиль, смеясь: О, я всегда была большая реалистка! Такой и осталась. Мы приехали в маленькое село, где был детский дом, и остановились перед его входом. Тут на крыльцо воспитательница вывела двух миниатюрных девочек, совершенно одинаковых, закутанных в зимнюю одежду.  Они были невероятно трогательны и выглядели, как две маленькие матрешки.

Я посмотрела на них: «Какие хорошенькие! Но мои должны быть старше...»  Тут воспитательница вывела остальных детей, они погрузились в машину и уехали, как потом выяснилось, в областной центр, делать фото на паспорт. Это и были мои дочери! Свете было пять лет, а Наташе четыре, они выглядели как двухлетки и не улыбались. В тот же день я смогла остаться с ними наедине в специальной комнате, мы общались и я научила их называть цвета, чего они раньше просто не умели...

НГ: Откуда родом Ваши дочери?

Одиль: Из Сибири, точнее, из Курганской области. Но я нашла их совершенно в другом регионе и, как ни странно, это были домашние дети, всю жизнь прожившие с матерью, но как прожившие... Недокормленные, неухоженные. Перед самым лишением родительских прав мать переехала ближе к Москве, а затем детей у нее забрали и поместили в детский дом. Там они провели всего несколько месяцев перед усыновлением.

И тут оказалось, что у них есть третья сестра, нескольких месяцев от роду. Мой адвокат, занимавшийся усыновлением в России, прекрасная женщина по имени Вероника Закария, помогла мне ее найти. Но об этом позже...

НГ: Какое впечатление у Вас осталось от детского дома?

Одиль: Очень хорошее. Воспитатели работали с детьми, старались обеспечить психологический комфорт. Но экономически это было очень тяжелое время! В детском доме не было ни тепла, ни нормальной еды. Как вы знаете, такие дома прикреплялись к предприятию-спонсору, а оно не могло больше его содержать, и жители поселка сами приносили еду и молоко для детей. И я, естесственно, жила одной мыслью: детей нужно забирать отсюда как можно скорее.

Первая фраза, которую Наташа мне сказала: «Подтяни мне носки», - у нее носки съехали с ножек и забились в сапоги. А потом уже они стали очень разговорчивые. И каждую фразу заканчивали словами: «Мама, да!? Скажи, да?»

Светлана: А я почти ничего не помню... Помню, что у мамы были вьющиеся волосы и она была очень энергичная. Потом мы часто рассматривали детские фотографии и обсуждали их, поэтому все воспоминания смешались в моей голове.

Одиль: Я им все объясняла по-русски, и только несколько лет спустя Светлана мне сказала: «Мама, ну какой же у тебя тогда был ужасный акцент!»

НГ: Как проходила адаптация детей к новой жизни, а Ваша - к новой роли?

Одиль: Кажется, мы сразу почувствовали себя одной семьей. У моих дочерей открытый характер, у меня тоже, и мне с ними было очень просто.  Последнюю ночь в Москве мы провели в гостинице «Международная». Я налила ванну, напустила туда пены, девочки в жизни не видели ничего подобного. Они были в таком восторге, что ныряли туда как в бассейн! А затем мы летели на самолете через Цюрих, и девочки общались со стюардессами, называя их «тетя» и требуя принести то одно, то другое. В цюрихском аэропорту они впервые увидели эскалатор. Это был так, словно их привели в парк с аттракционами: каждая раз 15, наверное, прокатилась на эскалаторе с радостными криками, пока я стояла внизу с чемоданами и смотрела, как они ликуют. А дома их уже ждала своя комната, игрушки, на работе мне дали отпуск по усыновлению длиной в четыре месяца. Все это время мы провели дома.

...Дни перед Рождеством 1993 года были для меня самыми напряженными. Тогда я ждала информацию из России о Марине, в каком детском учреждении она находится, и боялась, что ее не найдут. Наконец, адвокат, Вероника, прислала мне фото: на нем была годовалая девочка с огромными серыми глазами, точная копия сестер.

Швейцарские власти уже смотрели на меня с подозрением, словно хотели сказать: Мадам, что у вас за индустрия перевоза маленьких девочек из России сюда? Но я смогла их убедить, что эта девочка - точно последняя. И мне на нее "выдали разрешение".

Когда Марина оказалась дома, я получила еще один отпуск! Это было прекрасное время. Так прошло лето, в сентябре девочки пошли в школу, и вот они росли-росли и стали совсем большие.

НГ: В подростковом возрасте были какие-то особенные хулиганства?

Одиль пожимает плечами, а Светлана смеется.

Светлана: Ха, я просто люблю иногда выйти с друзьями. А вот Марина покрасила себе волосы в розовый цвет и сделала пирсинг. И Наташа - помню, у нее был период в одежде, вы бы видели ее декольте!

НГ: Одиль, вы тоже были такая девочка-подросток?

Одиль: Кажется, да. Но не забывайте, мое собственное детство прошло гораздо легче. Двум моим старшим девочкам пришлось очень тяжело в самом начале школьного обучения. Им было очень трудно читать и писать. Я записала их в русскую школу при посольстве в Женеве, и учителя были в полном недоумении. Они даже спрашивали: «Вы уверены, что детям нужен русский язык?»

Так мы мучились некоторое время, пока у детей не диагностировали дислексию. Это нарушение в коре головного мозга, при котором ребенок совершенно нормален, даже гениален, но испытывает большие трудности при чтении и письме. Возможно, таковы были последствия их раннего детства.. Тогда мы уехали в Англию, где прожили несколько лет, и девочки ходили в специализированную школу для дислектиков. При этом они свободно говорят на языках, все - очень творческие натуры. Светлана - студентка Высшей школы дизайна в Женеве и хочет стать модельером, Наташа выбрала ту же специальность, но учится в Лондоне. Марина хочет стать фотографом, у нее большие способности.

НГ: Кто в вашем доме занимается кухней и ведет домашнее хозяйство?

Светлана: Мама! И я, конечно, очень люблю готовить. Прибираться меньше люблю, это тоже делает мама. Еще у нас живут собака и три кошки.

НГ: Довелось ли Вам всем побывать в России после удочерения?

Одиль: Я приезжала несколько раз в рабочие командировки, от Москвы до Мурманска - везде побывала. А девочки - пока нет, мы все время собираемся туда на каникулы и никак не доедем. У них всех есть русские паспорта, так что девочки обязательно это сделают рано или поздно.

НГ: Одиль, Вы, родом из России, жили в Женеве, в Лондоне, в Америке - где Ваша Родина?    

Одиль: Наверное, у меня нет Родины. Зато есть большая семья.

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1
CHF-EUR 0.85
CHF-RUB 59.5
СОБЫТИЯ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Коррупция, Швейцария и женевские адвокаты

В преддверии Международного дня борьбы с коррупцией, который отмечается 9 декабря, швейцарские эксперты в интервью телерадиокомпании RTS проанализировали ситуацию в этой сфере.
Всего просмотров: 1,559

«Каружка» или «Маленькая Россия». Часть 1.

В продолжение серии публикаций к 100-летию русской революции предлагаем рассказ о женевском квартале, полюбившемся русским эмигрантам и студентам в конце 19 – начале 20 века. В центре внимания нашего корреспондента – места, где любили тусоваться и столоваться «наши люди» той эпохи.
Всего просмотров: 1,161

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,038

СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Швейцарское гражданство – инструкция по получению

Фото - Наша газета Мы продолжаем серию публикаций об интересующих наших читателей правовых аспектах жизни в Швейцарии. Сегодня мы расскажем о новых правилах получения гражданства.
Всего просмотров: 103,178

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,038

Секс-игрушки для швейцарских детей

Такого мы еще не видели – наглядные пособия для курса сексуального воспитания роздадут детям от 4 до 10 и старше в Базеле. В комплект входят два пупса, книжки с картинками, а также «забавные» плюшевые игрушки, которые имитируют половые органы и вставляются друг в друга совсем по-взрослому.
Всего просмотров: 25,241
© 2015 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top