Лагерный жаргон на языке Расина |Le jargon des camps dans la langue de Racine

Автор: Жорж Нива (© пер. Надежды Сикорской), Лозанна, 3. 05. 2013 Просмотров:1912

Фото - Наша газета

Эдуард Кочергин

Эдуард Кочергин – известный сценограф, работавший с Товстоноговым в период расцвета ленинградского Большого драматического театра: спектакль 1975 года «История лошади» по повести Л.Н. Толстого «Холстомер» остается незабываемым шедевром. Потом, в один прекрасный день, он взялся за перо,  чтобы не рисовать, а писать. Вернее, друзья заставили его доверить бумаге страшные и смешные рассказы о детстве, проведенном в сиротских приютах для «врагов народа».

Врагом народа он стал, не достигнув четырехлетнего возраста. Отец – кибернетик из Северного Поморья, был арестован и расстрелян. Мать-полька – десять лет лагерей. Ничего особенного для страны вновь прославляемого многими сегодня Великого Вождя, организатора ужасающей человеческой «мясорубки», гигантской перемолки людей, попавших в водоворот Террора, войны, переселения огромных человеческих стад. Эдуард, такой маленький, такой хрупкий, что может исчезнуть, как тень, или проникнуть в собачью будку старинного роскошного вагона, научился пролезать «под каждым купе, между прутьями слухового окна, выживать в тюрьмах-приютах, в полицейских участках, непроходимых лесах, между осями и на крышах медленных составов, бороздивших по огромной стране». Он был окрещен двумя тетками, поморскими староверками, и еще раз – тюрьмой, в баптистерии большой тюрьмы народов. Ребенок спасся из ленинградской блокады на борту  деревянного самолета, перевозящего секретные планы будущего нового самолета – пилот взял с собой нескольких сирот.  Сбитый немецким Мессершмитом, самолет садится на Ладожском озере.

Это лишь начало бурлескной, поразительной одиссеи, напоминающей кинобасни Эмира Кустурицы. Галерея монстров-каторжников великолепна, но есть там и сострадающие души, которые дают хлеба, учат разводить в лесу невидимый огонь, рисовать колоду карт, смастерить из проволоки фигурку Сталина, которую можно будет продавать. Эти художественные навыки Эдуарда его спасают: каждое лето он сбегает из детдома, садится в один из поездов, идущих на Запад, в надежде вернуться к матери. Каждую зиму он вновь оказывается в приюте-тюрьме. Но везде его выручают его фигурки из проволоки и нарисованные им карты, дающие ему покровительство пахана или вознаграждение от восторженной публики.

Одиссея в клоаках человечества и в несчастьях поставленного на колени народа. Есть незабываемые сцены: женщины, ищущие своих вернувшихся с войны мужей, тех, что вернулись безногими, и жены должны брать их подмышку, как куль (радуются: «по крайней мере, не будет гулять.  На ноги наплевать, главное – рукоятка!»), тех, кто были ослеплены бандами извергов, чтобы легче было побираться. Картины под стать Иерониму Босху, Босху, который не в Эрмитаже и не в Прадо, но в Аргаяше, Бижеляке, Кичтыме или в Верхнем Уфалее.

Есть там русский китаец, «дядя Сао», он учит мальчика рисовать с помощью трафарета, есть и представитель народности хантов – он учит его делать огонь в форме пирамиды, который поворачивается к солнцу и горит без дыма пять-шесть часов. Есть собака Мамай, привязавшаяся к мальчику и спасавшая его от обидчиков. Томас, покрытый японцами татуировкой с головы до ног и учащий его татуировке с помощью восьми иголок.  И это не раз будет спасать Эдуарда, благо паханы обожали татуироваться и выставлять себя на всеобщее обозрение, «как в кино».  Есть там и трогательная дружба со слепым Митяем, вместе с которым он в очередной раз сбегает из приюта и смакует обед, предложенный им добрым военным – с вилками, будьте любезны!, и который умрет в больнице имени Молотова в Перми.

Книга Кочергина – не только что-то вроде устного повествования, но и удивительный этнографический экскурс.  Производство пива в поселке Верхопутье – в лесу, по старинному языческому обряду, - это этнографическая поэма, в которой обрядом руководит старец с длинной белой бородой, в русской рубахе, «античный священник, возникнувший из ночи времени».

Кочергин вовсе не философствует. Поддерживаемый им наивный тон соответствует не только взгляду и сметливости мальчика, но и определенной вере в жизнь, которая его и спасла. Картины России, пересекаемой с севера на юг и от Сибири до Урала и до Балтики, постепенно раскрывают свои тайны: у человечества есть свои правила, разделение на классы происходит везде – в глубине каторги и в маленькой изолированной деревушке, выжившей за полями истории. У него есть свои легенды, свой бог, усатый вождь, портреты которого – повсюду, а одна из начальниц приюта заделалась их «производительницей». Она заставляет нашего мальчика позировать, с букетом в руках, и он оказывается рядом с улыбающимся Хозяином, в кругу счастливой детворы этого эльдорадо.

Полная бесчеловечность? Нет, в итоге НКВД отправит маленького сироту к матери, вернувшейся в Ленинград после десяти лет лагерей.  Открытие столицы Петра Великого мальчиком, освоившим все ремесла от взломщика до татуировщика и овладевшим всеми жаргонами, но сохранившим непобедимую чистоту, - это важный момент. Русские формалисты называли это «остранением». Здесь процесс менее литературный, чем диктуемый жизнью: Дворцовая площадь называется еще площадью Урицкого (по имени большевика, умершего в 1922 году). Ребенок открывает  здесь «столб с севшим на него ангелом» (Александрийский  столб), дворец с караульными, «морозящими себе … на крыше» (Зимний дворец со статуями на карнизах), «упряжку черных лошадей с двумя ямщиками по бокам», служащую «козырьком» огромной арке (квадрига генштаба). Мать и сын с трудом находят общий язык, но оба они закалены навеки: «Сынок, - говорит мать, - не рассказывай никому, что с нами было. В этой стране людей зарубают легче, чем бутылки». Сыну потребовалось шестьдесят лет, чтобы заговорить об этом…

Наивный, образный стиль, приправленный жаргоном детдома, лагерей и воров составляет и очарование и сложность этой книги. Как ни странно, переводчица еще и добавила от себя, создав странный лингвистический паштет, который порой мешает. И лишает книгу детской пленки, обволакивающей оригинал, несмотря на возраст рассказчика этой смешной истории, от которой можно потерять сон.  « Faut causer, bigorne ! »,  вот смешанный язык, оставляющий читателя  в недоумении…  Всегда крайне сложно, если не невозможно, переводить просторечный язык на французский, находящийся под слишком большим влиянием Расина и Флобера. Когда юный Эдуард завершает свой первый день на свободе лучшим в его жизни обедом у дяди Янека, когда валится на диван и погружается в тяжелый кошмар, в котором приходят в движение кони с генштаба, затворы ударяют друг о друга, угрожающий прокурор таращит глаза, фонари города Петра безжалостно ослепляют, маленький поляк вспоминает слова молитвы, услышанной до своего заключения в возрасте четырех лет: «Матка боска, Матерь божья, защити нас!» И невольно думаешь: его и нас, всех нас.

От редакции: Выходные данные книги вы найдете здесь, а оригинальный текст Жоржа Нива - в его блоге.


 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1
CHF-EUR 0.85
CHF-RUB 59.5
СОБЫТИЯ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Коррупция, Швейцария и женевские адвокаты

В преддверии Международного дня борьбы с коррупцией, который отмечается 9 декабря, швейцарские эксперты в интервью телерадиокомпании RTS проанализировали ситуацию в этой сфере.
Всего просмотров: 1,555

«Каружка» или «Маленькая Россия». Часть 1.

В продолжение серии публикаций к 100-летию русской революции предлагаем рассказ о женевском квартале, полюбившемся русским эмигрантам и студентам в конце 19 – начале 20 века. В центре внимания нашего корреспондента – места, где любили тусоваться и столоваться «наши люди» той эпохи.
Всего просмотров: 1,160

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,029

СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Швейцарское гражданство – инструкция по получению

Фото - Наша газета Мы продолжаем серию публикаций об интересующих наших читателей правовых аспектах жизни в Швейцарии. Сегодня мы расскажем о новых правилах получения гражданства.
Всего просмотров: 103,168

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,029

Секс-игрушки для швейцарских детей

Такого мы еще не видели – наглядные пособия для курса сексуального воспитания роздадут детям от 4 до 10 и старше в Базеле. В комплект входят два пупса, книжки с картинками, а также «забавные» плюшевые игрушки, которые имитируют половые органы и вставляются друг в друга совсем по-взрослому.
Всего просмотров: 25,224
© 2015 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top