Очередь за люксом | Une queue pour le luxe
Часы в Швейцарии – такой же «лучший подарок», каким когда-то была в СССР книга. Их дарят детям на совершеннолетие, на окончание школы или вуза, на свадьбу, на различные юбилейные даты. Достойных поводов в жизни случается немало, так что у кого-то постепенно собирается внушительная коллекция ценных подарков, а кто-то балует себя ими сам. Но если вы решили обзавестись «знаковыми» часами к определенной дате, то необходимо озаботиться этим заблаговременно. И даже очень заблаговременно.
Давний партнер Нашей Газеты знаменитый часовщик Франсуа-Поль Журн с иронией называет свои фирменные магазины «залами ожидания» – желающим приобрести его уникальные модели, выпускаемые лимитированными сериями, надо запастить терпением в среднем лет на пять. Но это еще как-то можно понять, ведь бренд F.P.Journe производит в год около тысячи экземпляров часов. Rolex производит больше миллиона, однако самые популярные модели этой фирмы, также как и Patek Philippe или Audemars Piguet, тоже стало невозможно отыскать днем с огнем. Нашим читателям не надо объяснять, что такое «дефицит» и каким образом он напрямую связан с развитием спекуляции и возникновением «серого» рынка, который в наше время называли «черным». Но для швейцарцев это явление новое, так что они пока еще придерживаются оттенков и с удивлением изучают феномен: очередь за люксом!
Факт налицо: сегодня недостаточно быть готовым расстаться с 14 400 франков, чтобы приобрести иконическую модель Rolex Daytona. Официальные часовые магазины даже не требуют задаток, ограничиваясь тем, что записывают вас в очередь, «стоять» в которой можно от 3 до 6 лет. И это даже в том случае, если вы уже являетесь клиентом бренда. Коллекционеры не скрывают своего возмущения: в многочисленных форумах в интернете проскальзывает даже такая крамольная мысль, что часовые бренды специально создают дефицит, чтобы взвинтить цены. Можно ли исключить такую возможность?
Некоторые эксперты в области люксовой индустрии объясняют сложившуюся ситуацию резким возрастанием спроса на дорогие часовые модели, произошедшим во время пандемии коронавируса: не имея возможности привычно тратить деньги на путешествия, например, обеспеченные граждане увлеклись часами, и бренды не справляются с заказами. Rolex, признанный лидер по масштабам производства, намерен еще увеличить обороты благодаря строительству новой мануфактуры в Бюлле, в кантоне Фрибург. Этот проект завершится не раньше 2029 года, однако уже в 2024-м часовой гигант планирует разместить около трехсот своих сотрудников в арендованных помещениях в том же кантоне и приступить к работе.
Спрос, как известно, определяет предложение, а отставание предложения порождает спекуляцию. Спекулянты, которых называют «flippers» без всякой связи с полюбившимся всем дельфиненком, занимаются тем, что покупают новые часы с единственной целью перепродать их с прибылью. Иногда для этого они «входят в долю» с сотрудниками бутиков, а то и соглашаются приобрести несколько не проданных моделей, ради получения доступа к раритетам. Понятно, что подобная деятельность негативно влияет на весь рынок, но нелегальной, в отличие от СССР, в Швейцарии не является. По крайней мере, пока. По имеющейся информации, в пик спекуляции часами в 2022 году некоторые модели Rolex, Patek Philippe или Audemars Piguet, купленные у официального дистрибьютера, перепродавались по цене в три, а то и в четыре раза выше изначальной. Однако, отмечают наблюдатели, в последние месяцы ситуация относительно стабилизировалась, и теперь классическую модель Rolex Daytona можно приобрести на «сером» рынке «всего» за двойную цену. Желающие находятся, ведь если есть очередь, то есть и способы ее обойти. За соответствующую плату, разумеется.
Представители популярных брендов чувствительны к проблеме «серого» рынка, но не любят обсуждать эту тему в прессе. Они адаптируются к ситуации, повышая цены на свою продукцию: за последние несколько лет они выросли на 10-30%. Разумеется, ни Rolex, ни другие бренды не признаются, что рост цен связан со спекуляцией – они объясняют его повышением качества моделей и валютными колебаниями. Представитель Audemars Piguet согласился на такой комментарий в эфире RTS: «Серый рынок существовал всегда и не только в часовой области. Речь идет не о борьбе с ним, но о его интеграции в нашей стратегии. Некоторые индикаторы, например, цена на ряд моделей на вторичном рынке, может отражать «состояние здоровья» бренда. И надо использовать эту информацию».
Если судить по статистике, то «состояние здоровья» ведущих часовых брендов отличное: в 2022 году общая сумма продаж на «сером» рынке составила не менее 25 млрд франков, по сравнению с 52 млрд в первичной цепи. Еще немного, и они рискуют поменяться местами.
