Великая княгиня Анна Федоровна в Швейцарии. Часть 2. Шатле де ла Буассьер |La Grande duchesse Anna Feodorovna en Suisse. Part 2. Chatelet de la Boissière

Автор: Наталья Беглова, Женева, 20. 01. 2016 Просмотров:2391

Ф. Диде. Шатле де ла Буассьер. Холст, масло

Пройдет несколько лет, и Анна Федоровна вновь окажется в Швейцарии, сначала в Берне, а на закате своей жизни в Женеве. Почему это произойдет?

Вскоре после рождения сына и возвращения к родным в Кобург, ей удастся избавиться от присутствия в ее жизни де Сенье, отношения с которым становились все более тягостными. Но великая княгиня недолго остается одна. Начиная с 1812 года, место бывшего камергера займет человек более достойный. Рудольф Абрахам фон Шиферли (Rudolphe Abraham von Schiferli) – врач по профессии, до этого занимавший пост советника при дворе герцога Фредерика Мекленбургского-Шверинского (Frederic de Mecklembourg-Schwerin), становится камергером при дворе великой княгини. Он окажется именно тем человеком, который сможет дать Анне Федоровне хотя бы на некоторое время то, о чем она всегда мечтала: семейное счастье или, во всяком случае, его иллюзию. Почему иллюзию? Дело в том, что Шиферли к моменту встречи с великой княгиней был женат и имел двух сыновей, которых любил и о которых заботился. В отличие от де Сенье, Шиферли разводиться не собирался, и его семья повсюду сопровождала его. Это, конечно, осложняло его отношения с Анна Федоровной, но не делало их невозможными.

Доказательство - в мае 1812 года Анна Федоровна подарила Шиферли дочь, которую назвали Луиза- Хильда-Аглая (Louise-Hilda-Aglae). Как и сына великой княгини от де Сенье, девочку сразу же отдали на воспитание в чужую семью, жившую в городке недалеко от Кобурга.

Шиферли, будучи родом из Берна, мечтал вернуться в родные края. В 1813 году, «случайно» оказавшись в одно и то же время с Александром на водах в Богемии, Анна Федоровна получила от императора разрешение переехать на жительство в Швейцарию, что она и сделала, приобретя поместье Эльфенау в предместьях Берна и поселившись там.



Однако союз с женатым человеком был мучителен для великой княгини. Большинство исследователей жизни Анны Федоровны сходятся на том, что довольно скоро Шиферли стал для нее просто очень хорошим другом и помощником. В одном из своих писем к Шиферли, уже «расставшись» с ним, Анна Федоровна написала: «Дорогой друг… Я по-прежнему угадываю ваши чувства, которые вы не пытаетесь скрыть, и я все понимаю, и я молюсь уже много лет, каждый день за Вас, желая, чтобы у Вас достало силы, мужества, утешения, сердечного покоя (здесь не достает слова) и до радостной встречи навеки».

В 1820 году Анна Федоровна и великий князь Константин, наконец, были официально разведены. Казалось бы, вот наступил момент, которого великая княгиня ждала столько лет! Но, видимо, Анна Федоровна, не была, как говорится, «создана для счастья». У нее не было любимой семьи и тепла домашнего очага. Этого Анна Федоровна так и не дождалась даже после того, как получила свободу. Более того, получилась так, что развод, о котором она столько мечтала, стал едва ли не последним радостным событием. Один за другим уходят из жизни люди, которых она любила. В 1824 году умирает сестра Антуанет, в 1825-м - Александр I, в следующем – Елизавета Алексеевна, единственная подруга, которая помогала ей в тяжелый период пребывания в Санкт-Петербурге и с которой она сохраняла дружеские отношения все годы добровольного изгнания. В 1831 году сразу две смерти: матери – герцогини Августы и Константина, сделавшего ее несчастной, но все-таки бывшего частью ее жизни. В 1835 году умерла любимая сестра Анны Федоровны Софи. И наконец, удар, окончательно сразивший ее: в июне 1837 года умирает Рудольф Шиферли. С его уходом она потеряла не только самого близкого и преданного друга, но и верного помощника, много лет занимавшегося всеми ее делами и ограждавшего ее от многих бытовых и административных проблем. Осенью этого же года, через четыре месяца после смерти Шиферли, пришло сообщение о смерти ее дочери Хильды.

Жизнь отняла у нее родителей, дочь, любимого человека, обеих сестер, верных друзей Александра I и Елизавету. Вот что она пишет в этот момент знакомой: «Вы увидите сейчас лишь руины, оставшиеся после того, как над ними пронеслись ураганы жизни и беспощадного времени». И добавляет в конце эпиграф к роману Бальзака «Сельский врач»: «Израненным сердцам — сумрак и тишина» (Aux coeurs blessés, l'ombre et silence).



Ее крепкое до этого здоровье действительно пошатнулось, резко ухудшилось зрение. Анне Федоровне лишь пятьдесят шесть лет, но ей кажется, что жизнь уходит, что она в одночасье превратилась в старуху, и у порога ее поджидает смерть. Отсюда и соответствующие мысли: «… моя жизненная философия и покорность воле Бога все больше и больше убеждают меня, что жизнь — это только средство, а цель находится  там, высоко».

Анна Федоровна решает покинуть Эльфенау, с которым связано так много воспоминаний, вызывающих теперь лишь боль, и уехать туда, где она обретет бальзаковские «сумрак и тишину».

В 1837 году великая княгиня отправляется из Берна в Женеву с намерением остаться здесь до конца дней. Маршрут поездки еще при жизни подготовил Шиферли. Маршрут очень интересен, поскольку он дает представление о том, сколько времени в те времена требовалось для того, чтобы преодолеть расстояние от Берна до Женевы. Первый отрезок от Берна до Мюртена преодолевался за пять с половиной часов, далее полтора часа требовалось, чтобы доехать до Аванша. Ночевать предстояло в Лозанне. Выехав из Лозанны утром, через два часа вы достигали Моржа. Путь от Моржа до Ролля занимал три часа, от Ролля до Ниона - еще три. Далее до Коппе – полтора часа, еще час до Версуа и, наконец, еще через час вы все-таки оказывались в Женеве. Утомительное путешествие, растягивавшееся на два дня. Оказывается, не все так плохо в XXI веке, если учесть, что сегодня это же расстояние мы преодолеваем поездом за полтора часа!

В Женеве Анна Федоровна приобрела имение, которое называлось Шатле де ла Буассьер (Châtelet de la Boissière). По сравнению с Эльфенау оно было небольшим. Его часто путают с именьем Гранд Буассьер (Grande Boissière), где продолжали жить владельцы. Эта ошибка присутствует даже в регистрационной книге Женевы, хранящейся в архивах города. Там имеется запись от 1843 года, говорящая о том, что в поместье месье Воше (поместье было приобретено на имя этого господина, поскольку в это время иностранцы не могли покупать собственность в Женеве), являющемся Гранд Буассьер, проживает «графиня де Роно (comtesse de Ronau), 62 лет, вдова, Россия, Сакс-Кобург». И вот под этими скупыми строчками чья-то рука приписала: «N.B. Это великая княгиня Константин». Попытка Анны Федоровны сохранить инкогнито успехом не увенчалась. В городе с самого начала было известно, кто скрывается под псевдонимом графини Роно.

Первые месяцы ушли на обустройство нового дома, поиск обслуги. Особенно сложно было найти кого-либо, достойного занять место покинувшего великую княгиню Шиферли. Анна Федоровна четко понимает, чего она ждет от своего будущего помощника. Более того, в это время она выработала для себя определенные жизненные правила, которым и намерена следовать впредь в отношениях со своим ближайшим окружением. Вот своего рода манифест, в котором она провозглашает: «Мой главный принцип – жить и давать жить другим. Я уважаю независимость другого человека, но я и не позволю лишить меня моей независимости. Я готова спросить совета у друга, но я не позволю, чтобы мною управляли и направляли мои действия…»

Весьма мудрые мысли и прагматичная линия поведения, но, как мы знаем, Анне Федоровне далеко не всегда удавалось следовать провозглашенным ею же принципам – вспомним того же де Сенье. И в новой жизни в Женеве не все складывалось согласно этим правилам. Надо сказать, что уже изначально отношение многих женевцев к великой княгине не отличалось большой симпатией. С точки зрения воспитанных в духе кальвинистского пуританизма женевцев, у нее было довольно бурное и не безупречное прошлое. Об этом прямо написал в своих мемуарах известный женевский политический деятель синдик Жан-Жак Риго (Jean-Jacques Rigaud).


Кроме того, рядом с великой княгиней опять оказался человек, не заслуживавший того доверия, которым она его наградила. Речь идет о Пьере-Поле Воше (Pierre-Paul Vaucher), на имя которого и было оформлено поместье и который вызвался помогать великой княгине во всех ее административных и финансовых демаршах. Кто же это такой? Об нем мало что известно: в акте регистрации покупки имения он назван хирургом-дантистом, проживающим в Берне. Видимо, кто-то из бернских знакомых рекомендовал этого человека великой княгине. Анна Федоровна полностью доверяла ему, что нанесло еще больший ущерб ее репутации в Женеве. Как пишет все тот же Риго, Воше не пользовался в Женеве уважением, его репутация в городе была далеко не блестящей, а уж после того, как он начал действовать от имени и по поручению великой княгини, Воше умудрился испортить отношения со многими женевцами, с которыми он вел дела, и с соседями. Его поведение, естественно, бросало тень и на Анну Федоровну, которая, ничего не подозревая, продолжала слепо следовать его советам. В итоге отношения настолько испортились, что Анна Федоровна обратилась в правительство Женевы с жалобой на выпады в ее адрес со стороны соседей, о чем имеется запись в Регистрационной книге Государственного совета от 26 февраля 1841 года.

Сомнительная честь уладить конфликтную ситуацию, возникшую между Анной Федоровной и ее соседями, выпала на упоминавшегося выше синдика Риго. Об этом его просила не только великая княгиня, но и барон де Крюденера. Павел де Крюденер находился на российской дипломатической службе, возглавлял российское посольство в Берне. Он был весьма влиятельным вельможей при дворе царя Николая I. В итоге Риго удалось уладить возникшие проблемы ко всеобщему удовлетворению, и с тех пор жизнь Анны Петровны потекла в Женеве мирно. Правда, ее доверие к Воше даже после этой истории поколеблено не было. Он служил великой княгине до конца ее дней и унаследовал после ее смерти Шатле де ла Буассьер, купленное на его имя – никаких особых распоряжений. Анна Федоровна не оставила. 

В имении Шатле де ла Буассьер Анна Федоровна провела столько же лет, сколько и в поместье в Берне. Но почему-то во всех материалах о великой княгине Эльфенау посвящены многие страницы, тогда как о Шатле де ла Буассьер – в лучшем случае несколько строк. Это объясняется тем, что после развода, а особенно после смерти ее бывшего супруга великого князя Константина, интерес к Анне Федоровне заметно угас, и о ней постепенно стали забывать. Для самой великой княгини годы, проведенные в Женеве во второй приезд в этот город, возможно, были не лучшими, но, пожалуй, самыми спокойными. Она не устраивала балов и приемов, редки были и званые обеды. Для этого у нее не было ни средств, ни желания. Но тем не менее в Женеве у нее сложился небольшой круг людей, с которыми она с удовольствием проводила время. Среди них такие личности, как известный историк и экономист Сисмонди (Jean-Charles-Leonard Sismondi), а также весьма известный в то время в Швейцарии военный и писатель Губер Саладин (Huber Saladin), друг французского философа Ламартина. Уже тот факт, что такие незаурядные личности с удовольствием бывали в доме Анны Федоровны, говорит о ее уме и образовании. Анна Федоровна также очень тесно общалась с семейством ювелиров Дювалей, которых она знала еще по Петербургу. Жакоб-Давид Дюваль (Jacob-David Duval), бывший поставщик двора Его Величества, вернувшись из России в Женеву, приобрел в окрестностях города имение Картиньи, где часто гостила Анна Федоровна.

Мирное течение жизни великой княгини в Женеве прервало в 1844 году известие о смерти брата, которого она искренне любила, - герцога Саксен-Кобург-Готского Эрнеста I. Анна Федоровна пишет своей подруге графине Чрептович: «С ним я окончательно потеряла семью, мою родную страну, свою Родину, да, даже Родину, теперь я даже не знаю, где она для меня».



Несмотря на многочисленные удары судьбы, преследовавшие Анну Федоровну, она до последних дней сохраняла живость ума, интерес к жизни, бодрость духа. Это поражало всех, даже петербургскую родню, изредка навещавшую бывшую жену российского великого князя. Так, тезка ее бывшего мужа, великий князь Константин Николаевич, сын Николая I, находясь проездом в Женеве в ноябре 1858 года, пишет Александру II. «Утро 20-го числа мы оставались в Женеве, так что успели с женой сделать визит старушке Великой княгине Анне Федоровне. Ей 78 лет, и она почти что свежее Марии Павловны (речь идет о дочери Павла I, Великой герцогине Саксен-Веймар-Эйзенах – примечание автора), по крайне мере, хорошо слышит и видит».

В 1860 году Анна Федоровна неожиданно засобиралась обратно в свое поместье Эльфенау под Берном. Почему? Зачем? Никто не мог этого понять. Великая княгиня плохо себя чувствовала, и все пытались отговорить ее от поездки. И, тем не менее, в конце июля 1860 года она отправилась в Эльфенау. Там ей стало значительно хуже, и через неделю после приезда, 4 августа 1860 года, она скончалась. Может быть, чувствуя приближение смерти, она хотела умереть там же, где когда-то сказала последнее «Прости!» Шиферли - единственному мужчине, который по-настоящему был ею любим?

Доброй памятью о ее пребывании в Женеве служит Крестовоздвиженский собор на улице Топпфера. Не одно поколение русских людей заходило в этой уютный и теплый храм в поисках утешения, совета, опоры, но мало кто знает, что именно Анна Федоровна завещала значительную сумму на его строительство.

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1.01
CHF-EUR 0.86
CHF-RUB 59.42
СОБЫТИЯ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Беременная беженка потеряла ребенка – швейцарский пограничник признан виновным

Трибунал вынес обвинительный приговор в отношении швейцарского пограничника, который в 2014 году отказал в медицинской помощи беременной беженке из Сирии, в результате чего она потеряла ребенка.
Всего просмотров: 1,489

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,200

Швейцария попала в «серый» налоговый список ЕС

Евросоюз включил Швейцарию в «серый» список стран, которые должны привести свою налоговую политику в соответствие с европейскими нормами. Решение Брюсселя вызвало удивление Берна.
Всего просмотров: 1,022

СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Швейцарское гражданство – инструкция по получению

Фото - Наша газета Мы продолжаем серию публикаций об интересующих наших читателей правовых аспектах жизни в Швейцарии. Сегодня мы расскажем о новых правилах получения гражданства.
Всего просмотров: 103,426

Секс-игрушки для швейцарских детей

Такого мы еще не видели – наглядные пособия для курса сексуального воспитания роздадут детям от 4 до 10 и старше в Базеле. В комплект входят два пупса, книжки с картинками, а также «забавные» плюшевые игрушки, которые имитируют половые органы и вставляются друг в друга совсем по-взрослому.
Всего просмотров: 25,402

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,200
© 2015 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top