Столетия любви|Des siècles d’amour

Автор: Надежда Сикорская, Женева, 28. 08. 2015 Просмотров:2309

Дом, который построил Якоб


Так получилось, что попросив переводчика и специалиста по немецкоязычной литературе Святослава Городецкого написать рецензию на эту книгу, мы, воспользовавшись несколькими днями отпуска, тоже ее прочитали, начиная со щедрого вступления к русскому изданию, написанного писателем Михаилом Шишкиным. Таким образом, получили возможность сравнить впечатления и то, за что «зацепился глаз» у нас и у двух очень серьезных представителей мужской читательской братии. Оказалось, совсем – ну почти со всем! – за разное.

Начнем с самой обложки книги, содержащей массу информации к размышлению. Во-первых, название - «Яков решает любить». Разве можно решить любить? Разве можно заставить себя безусловно прощать и оправдывать всё, находить очарование в недостатках, подставлять вторую, третью, бесчисленную щёки и не замечать всего этого, упиваясь счастьем? Такой дар всепрощения – дар редчайший. Разве можно «решить» испытать самое прекрасное, именно не поддающееся рациональным решениям чувство, то самое, что «движет солнца и светила» и отличает человека от животного (да простят меня те,  кто думают, что собаки, кошки и хомячки тоже любить умеют)? Мы очень в этом сомневаемся, зато убеждены в том, что человек может решить очень многое вытерпеть – как по слабохарактерности, так и ради поставленной цели. И вот терпения персонажам Флореску точно не занимать, его хватает на много столетий.

Во-вторых, вынесенная на обложку цитата из Шишкина: «Это притча о роде человеческом, который выживает злом, но дышать может только добром». Тут и «библейскость» формулировки, и почти прямой отсыл к Мефистофелю – «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Безусловно, и у Гете (оригинального и в переводе Бориса Пастернака), и Пушкина, и у Булгакова нечистая сила обладает – благодаря гениальности перечисленных авторов – значительной долью привлекательности, но в реальной жизни разве всегда цель оправдывает средства? И персонажи Флореску, и мы, его читатели, по земле ходим, а потому с трудом представляем себе женщину, способную плодить детей и, главное, полюбить (!)  человека, «по ошибке» (в данном случае, буквально ошибившись адресом) убившем всю ее семью. Но возможно, страх перед тотальным одиночеством, перед окончанием рода не в теории,  а на тебе – страшнее?



Наконец, последняя строчка на обложке: «Интеллектуальный бестселлер. Читает весь мир». При всем уважении к К. Д. Флореску, подобное «позиционирование», пожалуй, перебор, да и звучит этот рекламный «завлекунчик» пошловато. Но это уже в огород издателей и оформителей и, безусловно, второстепенно.

Что же касается сути, то, любя жанр семейной саги, мы читали роман с интересом и удовольствием, периодически натыкаясь на порой неожиданные параллели с ранее прочитанным, увиденным и попросту подсмотренным в жизни. Лишенный английской тонкости «Саги о Форсайтах» Голсуорси и постоянных надрыва, тоски и скорби «Мельница» Чарльза Левински, роман Флореску подкупает именно своей прямолинейностью, порой даже грубоватостью - он словно вырублен топором, вырыт лопатой, что и «соответствует» содержанию, ведь главные герои – крестьяне. И сколько не меняй фамилию, пытаясь выбрать более выгодный вариант (Aubertin  гарантирует зачисление во французы, Obertin – в швабы), от судьбы не уйдешь.

На фоне войн, смертей, насилия и просто деревенской грязи особенно ярко выступают три очень разных женских персонажа: Эльза Обертин (представительница некогда знатного и богатого семейства, ради сохранения социального статуса отправляющаяся на заработки в Америку), цыганка-знахарка Рамина, воспитавшая родившегося от насильника сына и в критический момент спасшая ему жизнь, и девочка-сербка Катица, которой не посчастливилось родиться представительницей «этнического меньшинства», как сейчас модно выражаться.  Что их объединяет: невероятная воля к жизни, какой бы мучительной она не была; способность любить, у каждой своя; и преждевременная неестественная смерть. То, что Якоб Обертин родился на навозе, многие годы волнует всех, но кто задумался о том, что испытала его мать, давая жизнь в таких условиях,  на глазах у всех? Скрежетали ли ее зубы, когда брутальный муж, избранный исключительно ради продолжения рода, отослал ее любимого отца спать в людскую, выгнал из дома сына, заменив его батардом (связанный ею для Якоба свитер – одно из немногих проявлений чувств в романе), преследовал ее попреками за «подозрительное» поведение в Америке? О чем она подумала в последней момент перед тем, как быть раздавленной мельничным жерновом? Сила этих женщин, их выносливость, страшные выпавшие на их долю испытания воскресили в памяти душераздирающий фильм Андрея Смирнова «Жила-была баба…», уже о русской крестьянке.

А что же главный герой, Якоб-младший, Якоб через «с». Родиться на наполненной навозом телеге – не то же самое, что «родиться в рубашке». Может, оттого-то все и пошло наперекосяк в жизни этого хилого не в отца мальчика, предпочитающего компанию покойников – сверстникам, а в качестве игровой площадки использующего кладбище. Якоб изо всех сил хочет любить – родителей, деда, Рамину, Катицу, что удается ему с переменным успехом: кого-то у него отнимают, кто-то отказывается от него сам. Всю жизнь терпящий сомнения отца в том, его ли он сын (тест ДНК тогда не практиковался), и переживший два его предательства с молчаливого согласия матери, переживший смерть деда, любимой девушки, депортацию Рамины и открытие, что «грязный цыганенок» - его сводный брат, переживший путешествие в вагоне для скота, чудом избежавший смерти однажды и обреченный на нее вторично, он не оставляет мечты, пронесенной через всю жизнь, мечты, которую в полной мере способен только беженец, человек, потерявший родной дом,  страну, прошлую жизнь, - «построить дом на краю света». И тут Михаил Шишкин безусловно прав, усмотрев в факте беженства родство между автором и его героем. Дочитывая книгу, веришь, что свою мечту Якоб осуществит, а уж если ему удалось простить и принять отца, то и другая, большая Любовь к нему обязательно придет.

Роман Каталина Дориана Флореску в переводе А. Кабисова опубликован  издательством "Эксмо" (2014). Перевод книги сделан при поддержке Швейцарского совета по культуре "Про Гельвеция".

 

Добавить комментарий

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь , чтобы отправить комментарий
КУРСЫ ВАЛЮТ
CHF-USD 1.01
CHF-EUR 0.86
CHF-RUB 59.57
СОБЫТИЯ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ

ПОПУЛЯРНОЕ ЗА НЕДЕЛЮ

Беременная беженка потеряла ребенка – швейцарский пограничник признан виновным

Трибунал вынес обвинительный приговор в отношении швейцарского пограничника, который в 2014 году отказал в медицинской помощи беременной беженке из Сирии, в результате чего она потеряла ребенка.
Всего просмотров: 1,741

Сообщил в налоговую о своей недвижимости за рубежом и плати еще больше?

В преддверии запуска автоматического обмена налоговой информацией резиденты Швейцарии массово сообщают в налоговые органы о своих иностранных активах. В связи с этим Конфедерация продлила срок амнистии до сентября 2018 года.
Всего просмотров: 1,322

Безусловный доход в Цюрихе

Парламент города Цюрих одобрил предложение о тестировании безусловного основного дохода (RBI). Теперь властям предстоит постепенная реализация задуманного.
Всего просмотров: 893

СЕЙЧАС ЧИТАЮТ

Швейцарское гражданство – инструкция по получению

Фото - Наша газета Мы продолжаем серию публикаций об интересующих наших читателей правовых аспектах жизни в Швейцарии. Сегодня мы расскажем о новых правилах получения гражданства.
Всего просмотров: 103,577

Как швейцарская деревня Альбинен прославилась на весь мир

В последние дни о горной деревне Альбинен в кантоне Вале узнали во всех уголках планеты. Причиной такой популярности стали публикации в СМИ о том, что власти коммуны будут выплачивать всем новым жителям по 25 000 франков. Однако в реальности все оказалось немного иначе.
Всего просмотров: 1,268

Секс-игрушки для швейцарских детей

Такого мы еще не видели – наглядные пособия для курса сексуального воспитания роздадут детям от 4 до 10 и старше в Базеле. В комплект входят два пупса, книжки с картинками, а также «забавные» плюшевые игрушки, которые имитируют половые органы и вставляются друг в друга совсем по-взрослому.
Всего просмотров: 25,458
© 2015 Наша Газета - NashaGazeta.ch
Все материалы, размещенные на веб-сайте www.nashagazeta.ch, охраняются в соответствии с законодательством Швейцарии об авторском праве и международными соглашениями. Полное или частичное использование материалов возможно только с разрешения редакции. В случае полного или частичного воспроизведения материалов сайта Nashagazeta.ch, ОБЯЗАТЕЛЬНА АКТИВНАЯ ГИПЕРССЫЛКА на конкретный заимствованный текст. Фотоизображения, размещенные редакцией Nashagazeta.ch, являются ее исключительной собственностью. Полное или частичное воспроизведение фотоизображений без разрешения редакции запрещено. Редакция не несет ответственности за мнения, высказанные читателями в комментариях и блогерами на их личных страницах. Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции.
Scroll to Top
Scroll to Top